Вроде бы давно Гагуев был объявлен преступником, человеком вне закона. Клавдия до последних дней удивлялась, как это его не могут изловить?

Теперь-то она понимала, что наши разведчики не только не охотились за мятежным генералом — они берегли его пуще зеницы ока. Гагуев прямо говорил, что если с ним случится хоть что-нибудь, содрогнется мир. Он имел в виду не только терроризм.

Разоблачительными документами он держал в руках кого-то весьма могущественного на самом «верху».

Вот почему так безжалостно охотятся за этой поганой ХРЮКАЛОНОЙ.

В руках у Клавдии оказалась судьба кавказской войны.

— Что ты сказал? — переспросила Клавдия.

— Гагуева убили, — повторил Федор мрачно. — Только что по радио передали. Вроде ракетой с самолета попали в телефон.

Клавдия почувствовала, что земля под ней закачалась.

Нет, Гагуева ей не было жаль. Она поняла, что тайну кавказской войны увели у нее из рук. И это еще означало, что Ленка, возможно, уже…

Клавдия медленно поднялась. Федор темной тенью стоял у нее за спиной. Он тоже все понял.

— Федя… — выдавила из себя Клавдия.

— Нет… — замотал головой муж. — Нет!

— Федя… Держись, Федя. Еще ничего не ясно… Не надо думать о плохом.

— Я ненавижу тебя! Я тебя ненавижу! — зашипел муж ей в лицо. — В принципиальность хотела поиграть, да? Гарантии тебе были нужны? Хотела изловить преступников? Теперь имеешь? Или ты сама этого хотела?

Клавдия ударила его наотмашь. Он подался назад и чуть не свалился. Но в узком коридорчике он только привалился на противоположную стену спиной.

— Что ты несешь? Идиот! Что ты несешь? Зачем ты отпеваешь Ленку? Они обещали позвонить! Они обещали сообщить! — кричала Клавдия, понимая, что эти соломинки уже давно утонули, что она утешает только себя. Что сама она не верит в порядочность подонков. Что готовиться надо к самому худшему. Она кричала и била мужа по рукам, по плечам, потому что тот не только не верил ей, но еще и обвинял.

Об остальном Клавдия даже боялась думать. Ее эксперименты дали самые моментальные результаты и самые жестокие.

Или нет?

Она бросила мужа и метнулась к телефону.

Чубаристова опять не было. Игорь тоже не звонил. А ведь прошло уже… Сколько уже прошло?

И Максим не возвращался.

— Я еду. Я найду, — бормотала Дежкина, натягивая на ноги сапоги.

— Куда ты? — спросил Федор.

— На работу. Буду заводить дело.

— Сегодня суббота, выходной, — напомнил Дежкин.

— Ну и что? У нас нет выходных.

«Нет-нет, все еще не так плохо, — думала она. — Я тыкала пальцем в небо, а оказалось, в самую десятку. Первым делом надо найти Ираиду. И вытрясти из нее…»

Клавдия застыла, так и не застегнув сапог.

«Зачем мне эта Ираида? Она сейчас зарылась в самую глубокую нору. Да и не знает она ни черта. Успокойся, Дежкина. Подожди, скоро все разъяснится. Теперь-то уж все разъяснится. Теперь все скоро встанет на свои места. Вот только Ленка…»

Телефонный звонок прозвучал как взрыв.

— Алло! Да!

Звонил сын.

— Ma! Это я. Довел! Внутрь пройти не могу. Это уж по твоей части. Не звонили?

— Нет, Макс, — ответила Клавдия. — Где это?

— Лубянка, мама, как и было предсказано.