Изменить размер шрифта - +

— Мне очень плохо.

— Я «скорую» вызову.

— Нет, «скорая» мне не поможет. Приходи а? Я дома, адрес — улица Академика Варги, дом сорок квартира сорок семь. Там где почта… Код нацарапан у замка.

— Может, все же врача?

— Нет. Тут другое. Приходи.

— Сейчас выхожу.

Было уже почти девять часов. Алекс запер свой кабинет и бегом направился в сторону Ленинского проспекта. Ему повезло. Почти сразу подошла нужная маршрутка, где еще оказалось два свободных места. Он уже и не думал, что Автолайны еще ходят. Заплатив водителю, Алекс сел и стал смотреть на проплывающие мимо желтые фонари.

— Улица Варги, остановите, пожалуйста.

Водила кивнул, и Алекс стал вспоминать Валю. Никак по-другому он уже не мог ее теперь называть. После последней их встречи в транспортной прокуратуре прошла неделя, и встреча эта ему запомнилась очень хорошо… Из воспоминаний его вывел голос водителя:

— Улица Варги, кто просил?

Алекс чуть не проехал мимо. Вышел из такси, немного прошел вперед, и быстро нашел нужный дом. Над головой светилась вывеска — «ПОЧТОВЫЕ УСЛУГИ». «Раньше было бы просто — „почта“, а теперь, — „почтовые услуги“!», проворчал он про себя. Найдя подъезд, он набрал код и вошел внутрь. Подъезд оказался чистый, ухоженный, с консьержкой.

— Вы к кому, молодой человек? — оживилась бдительная консьержка.

Несмотря на свои тридцать два года, Алекс выглядел моложе. Он не растолстел, как многие его сверстники, быстро ходил и был, что называется, легок на подъем. Все старики его упорно именовали «молодой человек».

— Я в сорок седьмую квартиру.

— А, к Валечке. Проходите, проходите молодой человек.

Лифт был новый — антивандальный. При всем желании тут было трудно что-либо сломать или нацарапать. Кнопки и стены были не то стальные, не то из какого-то нержавеющего сплава. Однако и тут кто-то умудрился несмываемым фломастером написать грубое американское ругательство. В первом слове была ошибка. Покинув лифт, Алекс понял, что вышел не на тот этаж. На площадке было темно. Только на нижней и верхней площадке горели лампочки. Спустившись на один этаж вниз, он нашел нужную ему квартиру. Позвонил. Долгое время никто не отзывался. Алекс позвонил вторично. Тут сквозь дверь послышался какой-то шорох и знакомый, но тихий и какой-то придавленный голос спросил:

— Кто?

— Валь, я тут. Открой.

— Сейчас, — донеслось из-за двери.

Загремел замок, потом еще один, и дверь открыла Валентина. Как она изменилась! Прически не было, была спутанная копна каштановых волос. Видимо Валентина вымыла голову, но не высушила ее феном и даже не причесывала, а волосы высохли сами по себе. Она была закутана в махровый купальный халат с синими драконами, и молча смотрела на Алекса.

— Что с тобой? Можно войти?

— Проходи, — прошелестела она.

— Ты вся дрожишь. Ты что, заболела?

— Пока нет.

— Давай говори, что случилось?

— Случилось… Со мной.

— Что? Ну? Рассказывай.

— Только не говори ничего, пока я не закончу. Хорошо? Я возвращалась пешком с работы. Поздно, темно уже, фонарей мало, некоторые не горят. Там еще и пусто, сам знаешь. Я уже почти до самого проспекта дошла, а тут какие-то юнцы меня схватили и затолкали в подъезд, вытащили ножи и говорят, мол, если закричишь — прирежем — и рвут воротник. Ситуация, черт бы ее побрал. Ну, что мне было делать, я все сама и расстегнула, чтобы они не порвали, а те, стоя, по очереди, все подряд…

— Гады! — Алекс застонал.

Быстрый переход