Восстановление чувств сопровождалось приходом боли и общей подавленности. Место царапины на плече жгло, но не от яда. Аромат целебной мази напомнил Конану о припарках, которыми много лет тому назад Коннахт лечил его руки. Другие порезы и рассечения кто-то аккуратно зашил. Насколько помнил варвар, неглубокие раны в пиратской среде обычно прижигали лучиной, а не сшивали нитью.

Нежная рука положила ему на лоб прохладный компресс, другая — промокнула чистой тканью ранку на плече. Ушей достиг далекий, почти неуловимый шепот, и в мозгу киммерийца, наконец, сложилась цельная картина происходящего. Он на корабле. За ним ухаживает женщина. У нее ласковые руки. Ее голос дышит теплотой: «Мой возлюбленный…».

Конан открыл глаза, чтобы тут же зажмуриться. Даже слабый свет лампы причинял сильную резь. Во второй попытке он лишь слегка разомкнул веки. Сквозь узкие щелки рассмотреть сидящую на дальнем конце койки женщину не представлялось возможным, но этого и не требовалось.

— Она ушла, Конан. Смерть отступила.

Тут конечности варвара свело судорогой. Силы покинули его.

— Молчи и не вставай, тебе нельзя, — Тамара прижала ладонь к груди варвара. — Яд вызвал лихорадку, правда, кризис уже миновал.

— Сколько? — прохрипел он, сморгнув выступившие слезы.

— Ты плохо меня слушал, — улыбнулась монахиня.

— Как долго? — слова давались киммерийцу с огромным трудом.

— Двое суток. Погони с их стороны не было. В общем, Артус взял курс на восток, — спокойно ответила девушка.

— Нет, — Конан мотнул головой и попытался сесть.

— Успокойся, — легким движением руки Тамара пресекла его порыв. — Мне больше ничто не угрожает.

Киммериец вздохнул. Он намеревался ей объяснить, что пока Халар Зим жив и владеет маской, она никогда не будет в безопасности. Что мастер Фассир ошибся. Что ее поездка в Гирканию и его, Конана, миссия никак не были связаны между собой. Что ему нужно убить Халар Зима и уничтожить Маску Ахерона…

Однако слабость одержала над ним верх. Болезнь и истощение на текущий момент оказались сильнее могучего здоровья Конана. «Пусть так. Сначала необходимо победить яд, а после — того, кто использует отраву».

Варвару понадобился еще один день, чтобы сползти с койки. Доводы Тамары насчет обморока и разошедшихся швов не помогли. Конан только зарычал в ответ, и девушка бросила бесполезные уговоры, решив, что в самое ближайшее время ее прогноз непременно подтвердится. Она сдержала смешок, когда киммериец действительно через несколько секунд чуть не разбил голову об ступеньку трапа, споткнувшись по дороге на палубу.

Полная луна окрасила волны серебром. Ведя жизнь морского разбойника, Конан часто наслаждался этим зрелищем. «Хвала Крому, что сейчас ночь» — он выпрямился и глубоко задышал, стараясь уберечь глаза от яркого лунного света.

— Смотри-ка, мертвецы воскресают, — заметил друга Артус, стоящий у рулевого колеса.

— Как давно мы оставили Шайпур?

— Три дня назад, — пожал плечами зингарец. — На море полгода царит штиль, но пассаты задуют уже скоро. Я не стал бы связываться со Стиксом. К чему склоняешься ты? Вендия или Кхитай?

Медленно переставляя ноги, Конан взошел к нему на мостик.

— Когда-нибудь побываю в обеих этих странах, только не теперь.

— Так ведь девушка сказала…

— Ты можешь доставить ее в Гирканию, прося богов прибавить вам скорости, — киммериец хлопнул товарища по спине.