Этим утром записей на бумажках нет — только рисованные человечки, которые забираются на гору, циклоны и летающие тарелки. Он твердо уверен, что все частицы пазла уже на столе и ему остается только правильно их собрать, — но смерть Брейди Хартсфилда становится завалом на шоссе его личной информации и вызывает затор. Каждый раз, когда он поглядывает на часы, проходит пять минут. Вот уже скоро и наступит время звонить Шнайдеру. Когда он выйдет на связь, начнут приходить шумные турагенты. Потом Холли и Джером. И тогда уже не будет ни одного шанса подумать спокойно.

«Подумай о связях, — говорила Холли. — Так много ниточек тянется к нему. И к концерту, на котором он пытался устроить взрыв».

Да, ведут. Потому что право на бесплатное получение «Заппитов» с того сайта получили люди, в основном девочки, сейчас уже подростки, — которые могли доказать свое присутствие на том концерте «Здесь и сейчас», а сайт уже не существует. Вместе с Брейди этот сайт — тоже мертвые пчелы, которые не гудят, — и ура.

Наконец он печатными буквами пишет среди своих рисунков два слова и обводит их кругами: «концерт» и «остатки».

Он звонит в больницу Кайнера, просит соединить с «Ведром». Да, говорят ему, Норма Уилмер здесь, но она сейчас занята, и подойти к аппарату не может. Ходжес понимает, что у Нормы очень много хлопот этим утром, и лелеет надежду, что ей с похмелья не очень плохо. Он оставляет медсестре сообщение, прося перезвонить ему как можно скорее, подчеркивает, что это срочно.

Он калякает на бумажках до восьми тридцати пяти (теперь он изображает «Заппиты», возможно потому, что гаджет Дины Скотт лежит у него в кармане пальто), потом звонит Тодду Шнайдеру, который лично берет трубку.

Ходжес представляется защитником прав потребителей, который работает на бюро «Лучший бизнес», и утверждает, что ему поручили расследовать ситуацию с игровыми консолями «Заппит», которые в последнее время появились в городе. Говорит он легко, почти непринужденно.

— Так, ничего особенного, учитывая то, что «Заппиты» раздавались бесплатно, но складывается впечатление, что некоторые из получателей загружают книги с какого-то «Круга читателей Санрайз» и текст приходит испорченный.

— «Круг читателей Санрайз»?! — кажется, Шнайдер удивлен. Пока нет признаков, что он готовится обороняться, бросаясь канцелярскими выражениями, и Ходжесу хочется, чтобы так и продолжалось. — Что-то такое, типа «Санрайз Солюшн»?

— Ну, собственно, да, поэтому я вам и звоню. По моей информации, «Санрайз Солюшн» перекупило корпорацию «Заппит» перед тем, как она обанкротилась.

— Это правда, у меня тонны бумажной работы «Санрайз Солюшн», но я не могу вспомнить никакого «Круга читателей». А он бы торчал, как прыщ на ровном месте. «Санрайз» прежде всего занималась поглощением маленьких электронных компаний в поисках единственного уникального хита. Которого они, к сожалению, так и не нашли.

— А «Клуб Заппит» — ни о чем не говорит?

— Не слышал о таком.

— А о сайте под названием зизеэнд.com?

Задавая последний вопрос, Ходжес хлопает себя по лбу — что же он не зашел на тот сайт вместо рисования глупых рисунков!

— Нет, не слышал и о нем тоже. — Тут уже слышно, как где-то за спиной позванивает щит закона. — Это вопрос подделок? Ведь законы о банкротстве по этому вопросу являются очень четкими и…

— Нет, что вы, — успокаивает Ходжес.