Гипотеза показалась мне любопытной, но в корне неверной.

— Нет. Жанна к нашему эксперименту отношения не имеет. Поэтому она вне игры.

— А та, вторая? — прищурился Михаил.

Я покачал головой.

— Второй в моём времени не было. И вообще, я тебе уже говорил: это была просто ошибка.

— Ладно. Будем считать, что ты прав, поэтому… — Смирнов снова задумался. — Да! Кстати! А что у нас на второй кассете?

— Второй? — вскинул я брови. — Но ты же читал об этом.

— А! Точно! — прищёлкнул пальцами Михаил. — Тогда я их обе дома прослушаю, а завтра… — он посмотрел на меня и едва заметно кивнул, — …встретимся в Хлебниково. Во сколько там время «Ч»?

— В восемнадцать ноль-ноль.

— Отлично! Тогда я подъеду пораньше, в полпятого.

— Договорились…

Глава 12

Встречаться в торговых центрах на выходные Тарас Степанович не любил. Народу много, шум, гам, свободного столика на фудкорте днём с огнём не найдёшь, плюс предновогодняя суета накладывает свой отпечаток… Однако, из-за особой важности сегодняшнего разговора, неудобства приходилось терпеть…

— Знаешь, Тарас, мне кажется, нам, наконец, надо определиться.

— А разве мы не определились ещё? — буркнул полковник.

— Считаю, что не до конца, — Джонни откинулся на спинку стула, сложил на груди руки и уставился на собеседника.

Свиридяк мысленно выругался. Бойцы Оскара опять сели в лужу, а внедрённого в «строительную фирму» сотрудника к секретам всё ещё не допускали. Единственное, что удалось выяснить — это по какому направлению следует искать «тайное убежище» профессора. Была бы в запасе пара-другая месяцев, никто бы по этому поводу не волновался. Спокойно прошерстили бы всю Савёловскую линию и рано или поздно нашли бы искомое.

Сегодня, увы, у Тараса Степановича этих месяцев не было. Да что месяцев! Счёт шёл на сутки или даже часы. По всем расчётам опытную установку противник уже собрал, и её запуск мог состояться в любую секунду. Что случится потом, полковник не знал, а быть оптимистом его давно отучили. Всякий эксперимент должен проходить под строгим контролем, иначе его результаты могут оказаться непредсказуемыми и, что ещё хуже, невыгодными.

Свою выгоду Тарас Степанович упускать не хотел, но ещё больше ему не хотелось делиться. И дело было вовсе не в жадности. Просто кое-какие вещи, особенно если они относились к власти над обществом и людьми, следовало держать при себе, не позволяя другим не то что воспользоваться, но даже и просто понять, какую реальную силу они дают обладателю.

С Оскаром и его бандитами это проходило легко. Пока им платили и создавали иллюзию безнаказанности, о большем они не задумывались. А если бы даже пришла кому-нибудь в голову крамольная мысль, полковник узнал бы об этом одним из первых. Двоих ближайших помощников Зубакидзе — «казначея» группировки Аркадия Аркадьевича и «бригадира» Давида — Тарас Степанович держал на крючке, и соскочить с него эти двое могли только в качестве трупов.

Другое дело — американец Джонни. Убрать его из раскладов не получалось ни под каким соусом. Мало того, без хитрого и умелого цээрушника вся операция летела сегодня к чертям, словно кусок фанеры над европейской столицей. Только этот косящий под рокера джентльмен мог сузить круг поисков и указать ту точку на карте, где вероятней всего прячут машину времени Смирнов и Синицын. Вопрос: что он захочет взамен?

— Что тебе ещё надо, Джонни, кроме партнёрства? — вздохнул Свиридяк.