Срисовать такого было элементарно. А то, что «филёр» оказался один, стало дополнительным бонусом. Возиться сразу с двумя-тремя Михаилу Дмитриевичу не хотелось.

До ближайшей расселённой пятиэтажки он добрался за пять минут. Быковатый не отставал и завернул за угол буквально след в след за Смирновым.

Ни удара, ни вскрика, ни даже шума падения Михаил не услышал. Напарник сработал мастерски, поэтому Михаил Дмитриевич просто сосчитал мысленно до двадцати, потом развернулся и двинулся в обратную сторону.

— Живой? — кивнул он на «прилёгшего» возле подъезда «филёра».

— Живой. Чего ему будет? Вон, какую себе ряху отъел, — отозвался Сергей, пакуя оплошавшего соглядатая.

Меньше, чем через минуту, бритый уже лежал на площадке второго этажа, с кляпом во рту, аккуратно связанный «ласточкой».

— Вроде очухался, — сообщил Василевский, ткнув чудика в бок.

Михаил Дмитриевич присел на корточки, ухватил бедолагу за ухо, чуть приподнял и «участливо» поинтересовался:

— Ну? И откуда ты взялся, такой красивый?

Быковатый вращал выпученными от натуги глазами и мычал что-то невнятное.

Смирнов удрученно вздохнул и выдернул кляп.

— Суки позорные! Зураб вас в клочки порвё…

Сильный удар по рёбрам заставил бычару заткнуться.

Михаил Дмитриевич жестом показал уже занесшему ногу Сергею, что пока, мол, достаточно, и вновь наклонился к ловящему воздух пленнику:

— Дружище! Я что-то не очень расслышал. Ты про кого нам сейчас говорил?..

Допрос длился недолго, меньше четверти часа. Этого времени вполне хватило, чтобы выяснить главное: за кем велась слежка и кто заказчик…

* * *

— Значит, говоришь, заказчик — Мгалоблишвили?

— Так точно, Тарас Степанович. Зураб Мгалоблишвили, владелец охранной фирмы «Алькор-2000». Слежка велась за Жанной Викторовной Фоминой. Её муж, Фомин Андрей Николаевич — он уже три месяца в коме — задолжал господину Мгалоблишвили крупную сумму, и тот опасается, что обратно её не вернут. Поэтому и приказал следить за супругой Фомина и теми, кто появляется возле неё. В их зону внимания, как оказалось, в своё время попал и профессор Синицын. Больше ничего внятного источник не сообщил.

— Значит, всё же Зураб, — Свиридяк нервно пробарабанил пальцами по столешнице и испытующе посмотрел на сидящего перед ним Василевского. — Слушай, Сергей Игоревич, а тебе в этом деле ничего странным не показалось?

— Не знаю. Я как-то специально не думал, — пожал плечами Сергей. — Ну, разве что… Если честно, то я не совсем понимаю, зачем нам всё это?

— Что — это?

— Строительная контора, какой-то Зураб, их финансовые разборки?

— Ты просто не в курсе, кто такой Мгалоблишвили, — покачал головой Свиридяк. — Формально, это удачливый предприниматель, помимо охранной фирмы владеет сетью заправок, контролирует пару торговых компаний, имеет долю в нескольких финансово-промышленных группах. Однако это не весь его бизнес. Точнее, это лишь видимая часть бизнеса. Его главные интересы сосредоточены в других областях. Там же он получает львиную долю доходов. Контрабанда культурных ценностей, финансовое мошенничество, рейдерство, возможно, наркотики.

— Это понятно, — кивнул Василевский. — Мне непонятно, мы-то здесь каким боком? Разве это не к МВД относится?

Тарас Степанович усмехнулся.

— Мыслишь правильно, но чересчур узко. Зураб для нас интересен тем, что по информации из надёжных источников, он и его люди причастны к промышленному шпионажу в пользу других государств.