Она перечитала эту запись дважды, каждый раз начиная сначала и внимательно прочитывая каждую строчку. В списке не было упоминаний о воровстве и побеге с корабля. «Перевод на Джанкалиме по соглашению».

В конце записи она снова сделала паузу, изумленно глядя на подтверждение регистрационного центра на Ван Дике. Оно было датировано двумя стандартными неделями раньше.

– Не может быть, – сказала она экрану.

Но слова не менялись. Она еще раз их перечитала, а потом ввела следующую команду.

«Контракт подписан между Присциллой Делакруа и Мендоса с одной стороны и Шаном йос-Галаном в качестве капитана «Исполнения долга» с другой стороны. Первая сторона обязуется выполнять обязанности, сопряженные с должностью библиотекаря любимцев, а также проходить обучение пилотированию каждую девятую вахту неукоснительно, а также выполнять любую дополнительную подготовку или поручение, которые вторая сторона сочтет разумными и справедливыми».

Присцилла откинулась на спинку кресла. Вот оно. Она мимолетно – и запоздало – вспомнила совет, полученный гораздо более юной Присциллой: «Вот что я тебе скажу, малышка. Никогда не подписывай лиадийских контрактов. Не важно, насколько внимательно ты их читаешь. Если они отказываются подписывать твой, отказывайся от сделки. Так безопаснее».

Однако не было ничего дурного в обучении на второго помощника. Она предпочла бы, чтобы ей об этом сообщили, но не сомневалась, что намерения у капитана были добрые.

И только когда она давно погасила экран и ушла из библиотеки, ей вдруг пришло в голову задуматься над тем, почему она в этом не сомневается.

65-й КОРАБЕЛЬНЫЙ ГОД

143-й ДЕНЬ ПОЛЕТА

ТРЕТЬЯ ВАХТА

16.00

Присцилла вышла из лифта и решительно направилась в рабочий кабинет капитана. На ней были желтая рубашка и защитные брюки, те же самые, что были в тот день, когда она впервые шла по этому коридору. В кармане у нее лежала временная лицензия пилота второго класса. Остальное ее имущество осталось в каюте, которая была отведена ей. Аккуратная стопка одежды лежала рядом с приготовленной для нее пластиковой коробкой. Ей надо не забыть сказать капитану, чтобы он предложил ее браслеты какому-нибудь коллекционеру. Поскольку они представляют собой редкость, то заплаченная за них цена должна компенсировать значительную часть ее долга перед кораблем.

Она завернула за угол рядом с шестым трюмом – и чуть было не налетела на Кэйзин Не-Зейм.

Первый помощник опомнилась первой и адресовала ей неожиданный поклон: такой низкий, какой положен капитану. Причем он сопровождался странным жестом, который Присцилла совершенно не поняла.

– Рада вас встретить, Присцилла Мендоса, – проговорила Кэйзин быстро и непринужденно – совсем не так, как обычно. – Мне давно следовало попросить у вас прощения за свое поведение несколько вахт тому назад, когда мы разговаривали недалеко от центрального компьютера. – Она сделала глубокий вдох и подняла голову. – Пожалуйста, извините меня. Я была невежлива и вела себя неправильно.

Присцилла моргнула, немедленно овладела собой и, в свою очередь, поклонилась, хотя и не так низко. Не стала она пытаться и повторить незнакомый жест первого помощника.

– Окажите мне честь и забудьте о происшедшем, Кэйзин Не-Зейм. Я сделаю то же.

Лиадийка наклонила голову.

– Вы очень добры. Будет так, как вы сказали. А теперь я с вами прощусь.

– Всего вам доброго, Кэйзин Не-Зейм, – пробормотала Присцилла, прижимая ладонь к двери капитана.

– Входи!

Он стоял, зацепив большие пальцы за ремень брюк, склонив свою яркую голову над шахматной задачей. Присцилла заметила, что задача уже новая, и мельком подумала, было ли все-таки у предыдущей решение.