Махнув на всё рукой, Марика погасила портал, распахнула створки двери и вышла из шкафа.

    В комнате горел только ночник, постель была разобрана, а на правой подушке виднелась свежая вмятина. Часы показывали без четверти одиннадцать. Было очевидно, что Алиса, не дождавшись возвращения подруги, уже легла было спать, но потом вдруг почувствовала себя голодной (это порой случалось) и отправилась на кухню перекусить.

    Не спеша раздевшись, Марика водворила позаимствованное у кузины платье на своё место в шкаф, затем облачилась в ночную рубашку и легла в постель. Через несколько минут в спальню вошла Алиса со стаканом апельсинового сока.

    -  Привет. Долго же вы там совещались. Я от скуки чуть было не заснула. Соку выпьешь?

    -  Не откажусь.

    Приняв сидячее положение, Марика взяла стакан, сделала несколько маленьких глотков, а остальное вернула Алисе.

    -  Спасибо.

    -  Это всё для тебя.

    -  Нет, я больше не хочу.

    -  Воля твоя.

    Алиса поставила стакан на тумбочку и сняла халат. Сегодня на ней была совсем уж коротенькая ночная рубашка, едва доходившая до талии, а также шёлковые трусики её любимого розового цвета с непременными кружевными оборками. Улёгшись в постель, она произнесла:

    -  Ладно. Рассказывай, что вы там решили.

    Марика придвинулась к кузине, положила голову ей на плечо и начала пересказывать ход заседания Совета. Она старалась не пропустить ничего важного, но избегала вдаваться в излишние подробности, которые никоим образом не повлияли на принятые решения.

    -  Ну что ж, - задумчиво произнесла Алиса, когда Марика закончила. - Всё вышло так, как ты и предвидела.

    Марика пожала плечами:

    -  Иначе быть не могло. Сложившиеся обстоятельства диктуют нам свои условия, и мы вынуждены принимать их.

    -  Но ведь Стэн, Флавиан и твоя тётка решительно возражают против «кризисного варианта», - заметила Алиса.

    -  Они возражают, пока не возник кризис. А когда их прикрутит, они мигом переменят свою позицию.

    Алиса положила огрызок яблока в вазу и откинулась на подушку.

    -  Дяде Генри будет трудно приспособиться к другой жизни в другом мире.

    -  Я знаю, - кивнула Марика. - Но отец не захочет расставаться со мной, да и я ни за что не брошу его.

    -  Что верно, то верно, - согласилась Алиса. - Между прочим, где-то месяц назад дядя признался мне, что со страхом ожидает того дня, когда закончится вся эта кутерьма вокруг короны и ты снова станешь жить с братом. Он уже привык к тому, что ты постоянно рядом, и теперь его не удовлетворят редкие встречи с тобой. Думаю, он давно был готов переселиться к тебе и только ждал, когда ты сама это предложишь.

    Марика вздохнула:

    -  Я давно хотела это предложить, но никак не решалась признаться во всём Стэну. Теперь этой проблемы не существует. А насчёт трудностей ты, пожалуй, преувеличиваешь. Я в состоянии обеспечить отцу те условия, к которым он привык здесь . - (Как обычно, при переходе из мира в мир, понятия «там» и «здесь» поменялись для неё местами.) - Я окружу его такой роскошью и такой заботой, которые здесь ему и не снились. Там у него будет всё, что он только захочет.

    -  Кроме футбола, - заметила Алиса.

    -  Почему? И футбол тоже. Я смогу организовать и спонсировать целую лигу.