Смогу ли я ее оставить? А у меня есть выбор? В том-то и дело, что выбора у меня особого и нет. Мелькает мысль рассказать ей все, попытаться остаться с ней, но… это разрушит ее жизнь, то, к чему она стремилась все это время. После всего случившегося в ее ордене очень сомневаюсь, что ей позволят быть с кем-то вроде меня.

Как бы ни была заманчива эта идея, нельзя. Я слишком люблю ее, чтобы поступать с ней так. И все, что остается, — постараться получше подготовиться к этому моменту. Но как? Уже сейчас поссориться с ней, попытаться оттолкнуть от себя, чтобы ей потом не было так больно и тяжело? Нет, это выше моих сил. Рассказать ей всю правду? Предоставить самой возможность выбирать? Может, это и единственно верный выход, не знаю. Но я пока не готов. Не готов увидеть в ее глазах отвращение или ненависть. Не готов к тому, что она меня бросит.

Смотря на спящую Ронэ, и сам незаметно уснул. Что-то мне снилось, и не очень приятное, но проснулся я пусть и разбитым, но в сносном состоянии. Девушки рядом на кровати уже не было. Но спустя несколько мгновений услышал грохот посуды на кухне — она тут, готовит завтрак.

Окончательно проснулся, привел себя в порядок, позавтракали, и Ронэ уже нужно было уходить по делам ордена. Она обещала вернуться на ночь. И совсем скоро я остался снова один. Мысли волей-неволей вернулись к моему состоянию и будущему.

Чтобы как-то отвлечься от них, занялся тренировкой. Как физической, проверяя, насколько хорошо целители сделали свою работу, да и вообще в каком состоянии мое тело после плена, так и не забыл про магию, как же без нее. Но с ней осторожно, мне не хватало только разнести свой дом, не рассчитав силы.

И пусть я старался полностью отдаться этому процессу, мысли все равно так и лезли в голову. А состояние у меня очень даже неплохое. То ли связь с Гранью оставила после себя след, то ли это себя показали изменения в моем теле, начавшиеся уже давно, но я определенно стал сильнее и выносливее. И пусть я провалялся несколько дней под присмотром целителей, творивших с моим телом только одним им известные вещи, но все равно это удивительно.

Магически же все так, как и запомнил в подземелье культистов, — моя энергосистема превратилась в какого-то ненасытного монстра, который без постоянной подпитки от Грани никак не может насытиться. Прошло уже, считай, четыре дня, как я не тратил энергию, а по ощущениям до заполнения моих резервов еще очень далеко.

Что необычно, наверно, я ни разу не слышал, чтобы кому-то требовалось столько времени на восполнение своего источника. Обычно маги в самом крайнем случае справляются за сутки. Это если они вычерпали себя в ноль, а энергосистема у них хорошо развитая.

Сделав тренировочный комплекс и приведя себя после него в порядок, решил кое-что еще сделать уже сейчас. Как бы все ни повернулось, но я хочу оставить Ронэ хоть что-то после себя. И что-то более материальное, чем воспоминания.

Одевшись, пошел к знакомому судье. Зачем? Составить завещание. Если все пойдет по худшему сценарию, то пусть хоть мой дом достанется девушке. Кому-то другому? А некому. Раньше оставил бы Самаэлю, а теперь… Пусть лучше ей, и не важно, как мы расстанемся, даже если она будет ненавидеть меня и проклинать. Хотя очень надеюсь, что все же обойдется без такого.

Много времени на это не ушло. Судья удивился моему желанию, но препятствовать не стал, быстро все оформив и заверив своей печатью. И уже через час я стал обладателем подтвержденного завещания. Теперь, если со мной что-то случится, мое имущество не уйдет непонятно кому из-за того, что у меня не осталось никого из родни.

Подходя к дому, замечаю стражника, кого-то ждущего возле него.

— Констебль Кас? — спросил он, когда я подошел ко входной двери.

— Да, — отвечаю, создавая печать констебля.