|
"Я-то прекрасно это заметил", - подумал про себя Иосиф. - Ну, маэстро, вам придется разрешить мне изменить этот обычай. Вредно спать в комнате, которая не проветривается и не убирается ежедневно. Я берусь каждый день аккуратно восстанавливать беспорядок, который вам по душе, после того как Беппо подметет и уберет комнату. - Беппо! Беппо! Что это такое? Я не знаю никакого Беппо! - Беппо - это он, - сказала Консуэло, указывая на Иосифа. - У него такое неблагозвучное имя, что оно ежеминутно резало бы вам ухо. Я дала ему первое пришедшее мне в голову венецианское имя. Беппо - это хорошо, коротко и даже певуче. - Как хочешь, - ответил уже мягче Порпора, перелистывая свою оперу, сшитую в одну тетрадь, и найдя ее в полном порядке. - Согласитесь, маэстро, - сказала Консуэло, увидав, что он улыбается, - так ведь удобнее? - А! Ты всегда права! - возразил маэстро. - Всю жизнь будешь упрямой. - Вы завтракали, маэстро? - спросила Консуэло, освободившаяся наконец от Келлера. - А сама ты завтракала? - ответил вопросом Порпора, нетерпеливо и вместе с тем заботливо. - Я завтракала. А вы, маэстро? - А этот мальчик, этот... Беппо, он ел что-нибудь? - Он позавтракал. А вы, маэстро? - Вы, значит, нашли здесь что перекусить. Я уже не помню, были ли у меня какие-нибудь припасы. - Мы отлично позавтракали. А вы, маэстро? - "А вы, маэстро!" "А вы, маэстро!" Да убирайся ты к черту с твоими вопросами! Какое тебе дело? - Маэстро, ты не завтракал, - проговорила Консуэло, подчас позволявшая себе с венецианской фамильярностью говорить Порпоре "ты". - Ах! Я вижу, что в мой дом вселился дьявол. Она не оставит меня в покое! Ну иди и спой мне эту фразу: внимательно, прошу тебя. Консуэло подошла к клавесину и пропела требуемую фразу; Келлер, рьяный любитель музыки, стоял на другом конце комнаты, полуоткрыв рот, не выпуская из рук гребень. Маэстро, недовольный фразой, заставил Консуэло повторить ее раз тридцать, требуя, чтобы она делала ударение то на одних, то на других нотах, и все добиваясь какого-то оттенка с упорством, которое могло сравниться только с терпением и покорностью Консуэло. В это время Иосиф, по данному ею знаку, пошел за шоколадом, который она сама приготовила, пока Келлер ходил по ее поручениям. Беппо принес шоколад и, угадав, чего хотела Консуэло, тихонько поставил его на пюпитр, не привлекая внимания учителя; Порпора тотчас же машинально взял его, налил себе в чашку и выпил с большим аппетитом. Вторая чашка была принесена и выпита таким же образом, да еще с хлебом, намазанным маслом. Консуэло, любившая поддразнить учителя и заметившая, с каким удовольствием он уплетает завтрак, сказала ему: - Я прекрасно знала, маэстро, что ты не завтракал. - Правда, - ответил он спокойно. - Кажется, просто забыл. Со мной это часто случается, когда я сочиняю, и замечаю я это уже днем, почувствовав в желудке судороги и спазмы. - И тогда ты пьешь водку, маэстро? - Кто тебе сказал, дурочка? - Я нашла бутылку. - Какое тебе дело? Не запретишь же ты мне пить водку? - Да, запрещу! Ты не пил в Венеции и хорошо себя чувствовал. |
