– Вот тебе воздух, – выдохнул Дерек. – Довольна?

– Держись! – буркнула в ответ Катрина и снова нырнула в почти несуществующий интервал между грузовиками. И снова. И опять. Сзади послышались придушенные ругательства.

Правая рука девушки – Коул, которого учила водить Клодия Хаузер, доверял только ручному управлению – почти непрерывно перебрасывала передачи. Растерянный двигатель, явно не понимающий, чего от него хотят, начал подвывать.

А потом внедорожник, чудом – или волей Катрины Галлахер – вписавшийся в поворот, проскочил развязку и вылетел на второстепенную трассу.

– Далеко, – прошипела мрина. – Мастер!

Даже и этих двух коротких слов Дереку хватило. Действительно, они ехали уже минут сорок, но пока не то, что не догнали – а даже и не увидели того, кого преследовали. Либо тот, за кем они гнались, в самом деле был незаурядным водителем, либо… либо шефу Коулу мастерски морочили голову.

Обдумать вероятности имеющихся альтернатив он не успел: по обеим сторонам дороги замелькали указатели, предупреждающие о ремонтных работах и объезде. Точнее, необходимости разворота. Но Катрина то ли не видела их, то ли решила, что не для неё писано.

– Крепче! – рявкнула она, и в следующую секунду внедорожник Дерека снёс перегораживающий дорогу шлагбаум. Снёс – и помчался к полуразобранному мосту. Двигатель уже не выл даже, а вскрикивал и рыдал, как женщина в руках умелого любовника – или насильника.

Испугаться Коул не успел. Как и помолиться. Ничего он не успел. Просто его машина вдруг взмыла в воздух, мучительно медленно проплыла над отсутствующей секцией моста, и ещё через секунду зубы всех пассажиров одновременно клацнули, а под колёсами снова оказалась твёрдая, надежная дорога. Дорогу Дерек готов был расцеловать – вот только остановка явно не входила в планы Катрины. Сзади кто-то, кажется, Эдельштейн, изо всех сил старался не сблевать.

А потом они опять вылетели на автостраду, срезав добрый кусок пути. И снова замелькали грузовики. Впрочем, ненадолго.

– Рядом, – прохрипела Катрина. – Отсечка!

– Пит! – почти заорал Дерек. – Разгоняй колонны, он где-то здесь!.. Потом, всё потом, делай!

Если он неверно оценил Катрину Галлахер, если всё это – умелая подстава… интересно, он успеет застрелиться сам? Или это сделает Старки?!

Отсечённые Питом грузовики (ох, и вони же будет завтра!) отстали либо рванули, как наскипидаренные, и впереди оказался почти пустой кусок автострады. Почти – потому что частью остановленные, частью ускоренные гиганты на удивление быстро рассосались, оставив без прикрытия безнадёжно улепетывающий универсал. Всё-таки, Старки настоящий мастер, даже и завидовать смешно…

– Дорожная полиция ареала Лонгхорн! – загремело с чёрного ночного неба. – Тринадцать сорок пять два нуля, приказываю остановиться! Повторяю!..

Повторение не требовалось. Водитель универсала, поблескивающего в лучах фар всеми оттенками синего, ударил по тормозам так резко, что машину занесло. Дерек его понимал: когда прямо перед носом на дорогу плюхается полицейский коптер – затормозишь, как миленький. И остановишься. И будешь смирно сидеть, пока не прикажут выходить. Коптер штука такая. Способствует.

Левая передняя дверь коптера ушла вверх, и на дорогу выпрыгнул – кто бы сомневался! – сам Пит Старки, на ходу стягивающий с рук щегольские перчатки с высокими крагами.