— Граф? Орлов? Не может быть…

Пьяный Орлов способен абсолютно на все, но только не подглядывать. Это совершенно не соответствует его сложной душевной организации или, если вы не верите в существование души, то не совмещается с его генетическим кодом. Он просто не может спокойно смотреть на что-либо, ему обязательно нужно участвовать. Хотя бы советом. Я вернул запись назад в пьяный разнузданный вечер.

— Это не Граф! — громкий, почти бабий возглас вырвался у меня помимо моей воли.

Человек, поливавший нас из сифона, ни капельки не походил на Графа. Это был сутулый мужчина около сорока биологических лет с пепельно-серой кожей и худым неулыбчивым лицом. Надо сказать, что эта личность выглядела очень зловеще на фоне нашей беспечно веселящейся компании. Словно ржавый гвоздь, вбитый в розовую задницу. Но как я мог перепутать?

Минуту назад я был уверен, что вчера у меня в гостях был Орлов, но сейчас я вспомнил, что он умотал в Пояс Астероидов и просил не дергать его по пустякам. Но моя жизнь — не пустяк, и я пробормотал формулу вызова.

— Привет, Свет, — раздалось почти сразу.

— Ты как? — формально поинтересовался я.

Связь шла через телепортационный колодец, и задержек почти не было. Слабый шорох, перемешанный с легким эхом, можно было считать законной данью чудовищным межпланетным расстояниям.

— Нормально. Еще две пещеры осталось и на Марс. Прилетай в отпуск. Гульнем. Половину билетов я тебе оплачу. Баблята есть.

Граф уже год работал дипломированным спелеологом и перемещения между Землей и Марсом не считал слишком дорогостоящим мероприятием.

— Боюсь, что не получится, — торопливо отказался я и спешно перешел к интересующему меня делу. — Ты вчера у меня был?

— Ты дурак? Отсюда не меньше недели добираться!

— Спасибо. До связи.

Резкое прекращение разговора не очень вежливо выглядит, зато порой избавляет от необходимости лишний раз врать. Я оперативно произвел инвентаризацию всех остальных персон, присутствовавших в комнате в тот вечер. Нао, Пыжик, Таська — самые настоящие. Подделка незаметна при самом подробном рассмотрении, хотя ни в чем нельзя быть уверенным до конца. Геннод, Терентия и я — тоже вполне подлинные личности. Хоть пробу ставь и в музее вешай. Тонти и Денис к эпизоду с сифоном уже покинули нас, предпочтя нашему достойному, но слишком буйному обществу тишину нежного уединения. А вот Макки была фальшивая. Как я мог перепутать тощую, как швабра, Корф и пышную Макки?

— Как я к тебе попала? — Наталья ткнула пальцем в свое изображение.

— Дверь открылась, ты вошла, — усмехнулся я.

Разве бывает как-нибудь иначе?

— Не об этом речь. С кем я пришла? Я не могла прийти одна. Люди, находящиеся в беспамятстве, не могут ходить самостоятельно. Ими управляют, как куклами. Как марионетками. За ниточки кто-то должен дергать.

— Железная логика.

Я включил на компьютере режим слежения и обратную перемотку. Наталья, потешно взбрыкивая длинными ногами, забегала по квартире спиной вперед. Она восемь раз злоупотребила крепким алкоголем, три раза побывала в туалете и один раз была зажата в углу моим другом Нао, который при этом получил смачный шлепок по морде, но не утратил доброго расположения духа. Судя по улыбкам, инцидент доставил обоим немало удовольствия, и пощечина была не более чем формальностью. Я слегка притормозил просмотр.

— Не помню, — потрясенно прошептала девушка. — Ничегошеньки не помню.

Ласково расправившись с Нао, виртуальная Наталья продолжила пятиться в прошлое и, наконец, добралась до входной двери.

— Он. — Ее наманикюренный пальчик погрузился в сферографический силуэт незнакомца, которого я опять принял за Графа.