– Успокойся! Я никогда в жизни не видел ни маму, ни папу, потому что круглый сирота и вырос в детском доме, – слукавил я. – Так что в этом мире у меня нет никого, кто годился бы на роль заложника.

 – Так ты детдомовец? А я и не знал… Тогда это меняет дело!… И что, ты и впрямь готов навсегда уехать из Питера? Неужели не жалко?

 – За пол-лимона баксов не жалко, – сказал я и, закинув голову, посмотрел на синее небо, по которому медленно плыли похожие на сахарную вату облака. – Однажды я пытался осесть за бугром, когда стажировался в Штатах, но, увы, не получилось. Однако связи, как понимаешь, остались… Имеется у меня на Брайтоне знакомый адвокат Абраша Финкель. Занимается он иммиграционными делами… И, думаю, за хорошее вознаграждение без хлопот устроит мне канадскую бизнес-визу, а уж там со своими гринами я как-нибудь не пропаду! А достать меня в Торонто или Монреале злопамятному козлу Раскатову будет весьма затруднительно…

 Я нес какую-то околесицу, но, что удивительно, сам в нее верил, поэтому обещание смыться из Питера звучало вполне убедительно.

 – А ты силен! Продумал свою жизнь на три хода вперед, – сказал Алекс, отправляя окурок в стоявшую возле скамейки урну. – Значит, может случиться, мы с тобой больше никогда и не увидимся?

 – Не может такого случиться, потому что у меня есть одна вредная привычка – я никогда не забываю людей, сделавших мне добро. И наоборот… Да и город этот мне по душе. Неохота навсегда с ним расставаться! – Я расстегнул нагрудный карман джинсовой рубашки, достал кассету и заранее приготовленные пять тысяч долларов. – Вот, возьми! И помни: в известном смысле моя жизнь с этой минуты в твоих руках!

 Мы долго смотрели друг на друга, прежде чем Алекс подарил мне вымученную улыбку. Он взял «страховку», деньги и положил во внутренний карман модного белого пиджака.

 – А что делать, если… в общем, если… не позвонишь? – спросил он, снова озираясь.

 – Подожди двенадцать часов, а потом неси кассету в ФСБ. Введи их в курс дела, не скрывая ничего! Однако я уверен, что такого не случится.

 – Хотелось бы верить… – процедил Алекс. – Где собираешься кантоваться три дня и три ночи, пока банк не подтвердит факт поступления денег? Надеюсь, не дома?

 Неужели я похож на камикадзе? – улыбнулся я. – Из квартиры уже забрал все самое необходимое и снял номер в гостинице у метро «Новочеркасская». Там Раскатов меня точно не достанет, да и откуда ему знать, в какой шхере Питера я в данный момент обретаюсь? Когда поступят деньги, скорее всего, переберусь на какое-то время к приятелю в Ригу. И уже оттуда буду заниматься вопросами канадской визы. Впрочем, сейчас рано об этом думать, надо сначала с текущими заморочками разобраться…

 – Гостиница возле «Новочеркасской»? «Редис-сон-Ладога», что ли?

 – Она самая! – подтвердил я и на полтона тише добавил: – Надеюсь, это останется строго между нами?

 – Может, мне сразу вернуть тебе кассету и деньги? – обиженно огрызнулся Кайро, демонстративно запустив пальцы в карман пиджака и приподняв брови. – Запросто, только намекни!

 – Не стоит, я тебе доверяю, – сказал я и похлопал его по плечу. – Спасибо за все, даже не знаю, что бы я без тебя делал!

 – Осядешь в Канаде, пробей там поляну насчет возможности переезда на ПМЖ еще одного россиянина! – как бы в шутку предложил Алекс.