Ставр, находившийся в заповеднике со своим другом Раулем Мир-Хайдаровым, который и пригласил его полю­боваться экзотикой, не знал, что здесь некогда совершил подвиг его дед Ратибор Берестов, но сразу определил опас­ность ситуации: террористы взорвали генератор полевых мембран, стену бестиария и пытались выгнать хоррозавров из их «клетки» на свободу.

Первым делом Панкратов обезвредил вооруженного до зубов главаря банды ублюдков, уложил остальных пятерых человек у стены и сдерживал усиливающийся натиск хор­розавров, пытавшихся сломить его волю на пси-резонансах жизненно важных органов, до развертывания основных сил охраны и безопасности. У него дважды останавливалось сердце, легкие отказывались дышать, но он продержался восемнадцать минут, удерживая контроль над террориста­ми, слава Богу — не паранормами, и над гигантскими су­ществами-колониями. ..

После этого шеф-лидер «контр-2» и уговорил Ставра перейти в свою сверхсекретную контору, объяснив поло­жение дел в Солнечной системе. Панкратов согласился, такие масштабы приложения творческих сил ему и не сни­лись.

Переход же Ставра в СПП прошел спокойно, не вско­лыхнув особенно ни научные круги, ни безопасность, для которой обоснований, выдвинутых начальником СПП, ока­залось достаточно.

После гибели Фредерика Фергюссона Мигель оконча­тельно осознал, что Железовский и другие проконсулы синклита правы: кампанией против интраморфов и их лик­видацией кто-то занимался целенаправленно, и это была вовсе не слепая реакция, как он подумал вначале, само­любивого человеческого социума на рождение «более ум­ного дитяти» — паранорма, за которым было будущее. Но это не было и террором в том смысле, как это понимали люди. ФАГу было все равно, чем живет и чем занимается человеческая цивилизация, по какой причине возник кон­фликт между «отцами и детьми», но для той цели, которой он добивался, важно было устранить любую прогнозируе­мую помеху, а помешать его деятельности могли только интраморфы. И он занялся ими вплотную, провоцируя, сталкивая людей между собой, не брезгуя ничем, пользу­ясь всеми методами, накопленными человечеством, по уничтожению себе подобных с помощью обмана, совраще­ния, использования самых низменных сторон души чело­веческой, а также путем прямого террора и убийств. Как и любой эволюционирующий биологический социум, че­ловечество реализовало чрезвычайно широкий спектр лич­ностей — от гениев до убийц, и ФАГ всегда мог опереться на подонков или простодушных дураков, которых не нуж­но было искать долго. Кроме того, он владел совершен­нейшими методами внушения. Люди, закодированные им, не догадывались, что психика их изменена, что они, по сути, являются живыми зомби, вплоть до совершения ими деяния, запрограммированного их господином, а что станет с ними потом, ФАГа не интересовало. Потому что чело­веком он не был. Он, вероятно, не был даже разумным существом в том смысле, в каком представляли это себе люди...

Сектор пограничных проблем не имел криминальных подразделений, занимающихся розыском совершивших преступления лиц или следственной работой, поэтому Ми­гель вынужден был использовать каналы «контр-2» с опе­ративным сектором ОБ. Связь сработала быстро, и уже на второй день после убийства пограничника работники уголовного розыска отдела безопасности и одновременно опер «контр-2» Горюнов получили задание обследовать ме­сто засады на Фергюссона в местечке Ласточкино Гнездо на Марсе. Чутье опера было выше, чем у следователей кримбюро, занимавшихся подобными делами официально, но и ему не удалось определить точную картину нападе­ния, несмотря на сохранившийся отпечаток происшествия.