Юби представил Возлюбленной свою версию случившегося и заставил поверить в нее. Он не сделал ни единого неверного движения, ни в чем не проявил слабости. В его мозгу постоянно присутствовал образ Возлюбленной, и он предвосхищал все ее действия.

Возлюбленная даже не поинтересовалась, почему он настаивает на том, чтобы избегать мест предыдущих встреч. Эта деталь волновала Юби – он знал, что Марко обязательно появится в окрестностях Монтойи‑81, и если они с Возлюбленной смогут без помех встретиться, то все соглашения с Юби будут аннулированы – но Возлюбленная не возражала.

Она не осмелилась. Юби оказался прав: Клан Ластр нуждался в «Беглеце» больше, чем «Беглец» нуждался в Возлюбленной.

Прыжок к Сантосу‑439 занял всего лишь несколько часов.

Корабли вышли из подпространства на расстоянии двух недель пути друг от друга. Возлюбленная оказалась недалеко от похожего на полосатую красно‑белую конфету газового гиганта, чьей массы лишь чуть‑чуть не хватало, чтобы превратиться в солнце. Юби предложил Возлюбленной строить химическую фабрику на орбите планеты, а «Беглец» тем временем подойдет ближе.

Во время полета ритмы Возлюбленной заполняли «Беглец». Аккорды воздействовали на чувства Юби, воссоздавая в мозгу ее образ. Он представил ей такую версию происходящего, которую она не осмелилась отвергнуть. Теперь он должен нарисовать ей соблазнительную картину будущего, которая захватит ее воображение.

Будущего, в котором ее слуги будут расширять торговлю, строить суда для людей, основывать новые поселения… где компьютеры будут поддерживать новую империю и помогать в расширении ее границ… где люди и слуги Возлюбленной так смешаются и переплетутся, что невозможно будет их отделить друг от друга…

Он должен сделать так, чтобы это будущее жило в сознании Возлюбленной, как она сама жила в его мозгу. Оно должно стать необходимым ей.

И Возлюбленная, завороженная этой картиной, не должна заметить, что контроль над их взаимоотношениями перешел к людям.

Юби рассчитывал, что не позволит ей понять это. Но ему необходимо было лучше узнать ее.

Он должен был убедиться в своей правоте, в том, что создал в своем сознании верный образ Возлюбленной.

Нужно увидеться с ней. Лично.

Полосатая протозвезда приближалась. Юби сидел в верхнем холле в окружении своих инструментов. Компьютеры записывали создаваемую им музыку. Окутанный ритмами Возлюбленной, он играл, пока не стер пальцы до крови.

«Командор Юби хотел бы встретиться с Возлюбленной, – послал он радиограмму. – Возлюбленная может принять любые меры предосторожности для обеспечения своей безопасности».

Во рту пересохло, он облизал губы. Бой барабанов продолжал звучать у него в мозгу.

Над коммуникационной панелью появились объемные буквы цвета расплавленного золота. Ответ был утвердительным.

Условия оказались следующими: перед тем, как покинуть «Беглец», Юби должен пройти дезинфекцию, он обязан также оставаться в скафандре, а во время встречи будет присутствовать охрана.

Юби знал, что условия не имеют значения. Важен сам факт встречи.

Когда Юби покинул корабль и повис в невесомости, осматриваясь, ритмы Возлюбленной продолжали грохотать в его голове. Яркий свет полосатой протозвезды слепил его. Судно Возлюбленной вращалось вокруг экватора огромной планеты, его черный силуэт окружали яркие звездочки атмосферных транспортов, которые исследовали спутники гиганта в поисках необходимого сырья.

Очертания корабля Возлюбленной изменились. Из одного грузового отсека вырос сверкающий пузырь – легкая конструкция из синтетической смолы, отливающая серебром в ярком солнечном свете. Она станет основой станции Возлюбленной. Неразумные, некоторые из них гигантских размеров, смело ползали по ребрам конструкции, покрывая их оболочкой из тонких, тут же застывающих слоев экссудата.