Она подплыла к кровати, села и поцеловала Кита. Кровать слегка прогнулась.

– Пора идти.

Он приподнялся на локте.

– Разве тебе не нужно собрать вещи?

Она провела пальцами по его лицу, горло ее сжимали спазмы.

– Мы с Юби остаемся.

Глаза Кита широко раскрылись, он медленно сел.

– Вы…

– Мы улетаем.

Она старалась говорить спокойным бесстрастным голосом. Кит, не отрываясь, смотрел на нее. Кровь прилила к его лицу. Когда он заговорил, голос его был еле слышен.

– Ты не сказала мне.

Ей трудно было смотреть ему в глаза.

– Ты… лгала, – слово вылетело само собой.

Мария отвернулась и взглянула на свою руку.

– Да. Мы не хотели, чтобы кто‑нибудь знал.

Он вздрогнул, осознав наконец, что происходит.

– За это я могу попасть в тюрьму!

– Мы скажем, что ты ничего не знал, – она умолкла и вновь посмотрела на него.

Кит спустил ноги с кровати и быстро схватил свою одежду. Продев одну ногу в штанину, он замер, как будто вспомнив что‑то.

– А Марко? – он не смотрел на Марию. – Господи! Если он узнает, то на всю жизнь запрет меня на этой проклятой базе Эйнджел.

Мария коснулась его руки.

– Я не хотела делать тебе больно, Кит.

Он отстранился.

– Я не желаю иметь с этим ничего общего. Ты и твой проклятый братец попадете в тюрьму.

Кит оделся, открыл дверь и вышел. Он подошел к ближайшему трапу и стал взбираться по нему в центральную часть центрифуги. Прекрасная Мария последовала за ним.

– Ты ведь никому не скажешь?

– Я не собираюсь доносить на самого себя, – сквозь зубы процедил Кит, направляясь к шлюзу.

Чувство вины захлестнуло ее. Все заканчивалось не так, как она ожидала.

– Кит!

Не обращая на нее внимания, Кит открыл крышку люка и нырнул в шлюз. На полу лежали три скафандра.

Мария остановилась у входа. Тяжело дыша, Кит натягивал скафандр.

– Кит, – сказала она. – Ты можешь уйти с нами.

Его движения замедлились. На мгновение Мария почувствовала проблеск надежды.

Кит отвернулся. Он с трудом мог говорить. Может быть, он плакал.

– С вами – в тюрьму! – его голос сорвался в крик. – Ты использовала меня!

– Я беспокоюсь о тебе. Мне не хотелось делать тебе больно.

– Все, что тебя беспокоит, – тяжело вздохнул Кит, – это твоя семья и твой корабль.

– Неправда.

Он повернулся к ней. Его лицо покрылось красными пятнами, голос дрожал.

– Ты такая же, как Марко, – сказал он. – Разница только в том, что он всегда открыто говорит о своих намерениях.

Он нажал клавишу.

Прекрасная Мария смотрела на опускающуюся крышку люка, не в состоянии смирить гнев юноши.

– Прости меня, Кит.

Почему‑то она вспомнила о чернокожей женщине в казино, нетвердой походкой удаляющейся от игрового стола.

Крышка люка защелкнулась, отделив ее от всего человечества.

Путаясь пальцами в застежках, Кит закончил натягивать скафандр. В раздражении он пнул ногой один из лежащих на полу шлемов, который ударился о закрытый внешний люк и отлетел прямо в лицо юноши. Он отбил его рукой и пнул второй шлем.

Наконец, скафандр был застегнут. Киту казалось, что насосы невообразимо долго откачивают воздух из шлюза. Он неловко сжимал в руках два пустых скафандра. Когда внешний люк открылся, Кит выпрыгнул наружу. Он не позаботился о том, чтобы закрыть за собой люк, а просто отыскал взглядом «Абразо» и направился к нему с максимально возможной скоростью.