– Так… Что ты тут голову морочишь! – Алексей Игнатьевич ткнул приборчиком в мою сторону, посмотрел на невидимые мне показания и сморщил нос. – Свежая. Часов десять, не больше.

– Олег… Пошли, выйдем. – "Стекло" встал из за стола и поманил меня пальцем. – Разговор есть.

– Да, прогуляйтесь, поболтайте… – Махнул рукой в сторону входной двери, Колошко. – Мы, тут, посекретничаем. А Валия за вами присмотрит…

Девушка поморщилась, но встала следом за нами из за стола, выполняя столь грубо завуалированный приказ.

"Субординация"! – Я накинул штормовку на плечи, сунул в ее боковой карман "Коготь" и со вздохом, отказался от мысли прихватить с собой "Штайер", сиротливо болтающийся на спинке стула. – "Ненавижу субординацию. И дурака – дураком не назовешь, и сам – дурак дураком остаешься…"

К моему удивлению, Аркан пошел не в сторону двери ведущей в коридор, а в сторону двери, ведущей, на мой взгляд, в соседнюю комнату. Или, на балкон, как вариант.

Валия дернула плечом, когда я пропустил ее вперед, но промолчала.

Что то за этот год слишком много изменений в обществе!

И Бен, хоть седина в бороду, но выглядит моложе, чем, когда мы с ним только познакомились.

Валия – странно холодная, отрешенная. Неприятная…

За дверью меня поджидало четверо автоматчиков, настороженных и готовых открыть огонь в любой момент, не взирая на то, что на линии огня красовалась Валия, прикрывая меня своей симпатичной фигуркой.

Аркан уже пыхтел сигаретой, опершись на балюстраду локтем.

– Оружие уберите. – Валия укоризненно покачала головой. – И без вас, тошно… "Оловянные солдатики", блин…

– Не начинай снова. – Один из автоматчиков дернул щекой. – У нас есть приказ.

Девушка и парень уставились друг на друга с такой ненавистью, что я поспешил занять позицию рядом с Беном. От греха подальше. А то, сдадут у кого нибудь нервы, а я жить хочу.

– Они хорошие. – Бен выпустил клуб серо сизого дыма в чистый воздух моего проклятого города. В кои то веки, чистого!

– Они хорошие, только уставшие. Вот и собачатся. Да еще и твое присутствие, добавляет всем нервов. – Морпех уставился на кончик своей сигареты, пламенеющий красным от затяжки, огоньком. – Я рад, что ты здесь. Чтобы не болтали эти двое. В чем бы тебя не обвиняли. Ты – это ты!

– Ты мне еще сбежать предложи… – Нервно хихикнул я, разглядывая убравших за спину оружие, парней. – Или предложишь взять в заложники дивчину и валить на все четыре стороны?

– Пристрелят. – Бен покачал головой. – У этих с шутками плохо. Помнишь "рыжих" братьев? Так вот эти – быстрее. Макс берет Младшего на нож. В прыжке. А Эрик…

– Эрик рвет Младшему пасть. В прыжке. – Валия усмехнулась. – Любите вы, мужики, письками меряться. "В прыжке"… С переворотом и переобуться на лету.

На какой то момент я повернулся к ним спиной и принялся осматриваться по сторонам с высоты четвертого этажа.

Бесконечные дворы, собранные в лабиринт дорог. Гаражи – развалившиеся, целенькие и вскрытые. Будка охранника парковки, оторвавшаяся на пяток метров от земли и растерявшая свои окна, выходящие на все четыре стороны света. Сорванная с петель дверь печально догнивает на бетонных ступеньках, поблескивая латунью накладки на дверной замок и серебром обычной ручки, ни разу не из серебра сделанной.

Не мудрено, что воздух чист и свеж.

Пятиэтажки все такие же желтые, как и в годы моего детства и юности. Дворы – все так же ломятся от обилия зелени, столь необходимой в нашем, тяжело и неизлечимо индустриальном, городе.