"Фр р р рух х х"! – Вода выпустила Фарату, привычно изображающего из себя кита. Или дельфина, кому как нравится.

В четыре взмаха руки капитан Семен Фарата добрался до берега, чуть заметно кивнув мне, отмечая мою готовность и тройной удар указательным пальцем правой по запястью левой руки – три минуты.

Без груза, метров на 15 ухнул, к бабке не ходи.

Впрочем, это Семен и делать далеко идущие выводы на таких поверхностных наблюдениях…

Растянувшись на теплом камне, рядом с Федоровым, мой инструктор морщил нос.

Значит, дела совершенно хреновы.

– Контейнер лежит на склоне, дверями вниз. Верхняя часть метрах в 25–28. Дна не видно, вода чистая и легкое течение.

– Не сползет?

– За ночь воды ушло на пару метров, так что… Никуда не денется.

– На "стрелу" возьмем? – Федором принялся что то рисовать обломком камушка, на песке рядом с собой.

– Нет, Аркадьич. Понтон нужен. Между катеров растянем и через блоки, вверх и к берегу. Потом "колбасу" подсунем, продуем, поднимем… Длинный зараза и тяжелый.

– Контейнер специальный, так что, не такой уж и тяжелый… – Федоров отбросил камушек. – Олег, чего кобылу тянешь? Помоги Павлику, а то так до вечера возиться будем!

Горка нашего оборудования, взятого с собой, была удручающе мала и, увы, большей своей частью была отнюдь не "Сделано в России". Отметились и итальянцы, и французы, американцы тоже сделали свой вклад в наше нелегкое дело.

Но вот самый тяжелый тюк, весом более 70 кг, это уже наша разработка, проверенная, откатанная и "забугрянью" совершенно не известная.

Через час, я впервые погрузился в воды своей родной Бухтармы.

Подумать только, а ведь я в ней дважды тонул… В попытке научиться плавать…

Три минуты и нашим глазам открылась дополнительная неприятность – от удара не только двери открылись, но и часть груза болталась, угрожая вывалиться в "открытый космос".

Переглянувшись, закрепили стропы и отпустили вверх оранжевые шары буйков, попытались закрыть двери и трижды хлопнули в ладоши, когда удалось свести створки и прихватить их на тоненький тросик, на всякий случай, в трех местах.

Подводный мир не любит "стремительных и резких", самая быстрая рыба, на самом деле, самая грациозная и плавная, иначе слишком много шансов стать обедом.

Семен, в свое время, демонстрировал мне этот, акулий, стиль плавания. Жаль, у человека проблемы с обтекаемостью, иначе мы бы… Ух, черт возьми!

Прохлаждаясь на декомпрессии, с азартом порылись в каменных осыпях – Семену показалось, что там есть что то интересное.

Ну, еще бы, после моих то рассказов о том, сколько всего тут затоплено, ему бы и не показалось!

Нашли собачий череп, зацепившуюся за камни сеть и два гаечных ключа, новеньких и блестящих, словно вчера утонувших.

Так и выбрались на берег, с гаечными ключами.

Собачий череп похоронили в осыпи, пусть песик спит спокойно, а сети, Семен старательно смотал и выпустил отдельным буем – эта зараза не только для нас может стать проблемой, но и кораблю доставить хлопот, намотавшись на винт.

Сам я с таким не встречался, но с капитаном спорить не буду, против моего, у него опыт еще тот, и не весь – положительный. Это меня он опекает, как нянька, иногда даже и в глаз ему дать хочется, за "гиперопеку" то…

Пока мы развлекались, на островок пришумел вертолет, старый "Ми 8", шумный и пахучий, привез еще ворох груза и две хмурые личности, в пустынном камуфляже, без знаков отличия.

Разглядывая мрачный лик Федорова, предположил, что посетили нас люди из "Комитета"…

– Сами справитесь? – Вопрошал седой, с хитрым, "Ленинским прищуром", мужичок, мне по подбородок, но с таким разворотом плеч, что и костюма то не подберешь… – Баржа уже чапает, будет к вечеру, часов в пять.