— Согреты теплом его короны, — как-то раз сказал один бард. Неважно. Донеф понимал, что этот смеющейся человек, грациозно спрыгнувший со своей лошади, всегда будет его королём, независимо от того, какая болезнь поразит его. Азун всегда будет королём Кормира, и только одно это могло заставить Донефа отдать свою жизнь за него. Донеф и тысячи людей с пурпурным драконом на груди…

— Уже пьян, парень? Как насчёт второй кружки, или я должен проявить акт самопожертвования и осушить её сам?

Донеф дёрнулся, поднимая взгляд на улыбчивого Раулигана, который поставил две кружки с холодным элем на стол и сел на свободный стул. Все это время собравшиеся посетители выкрикивали: «Эй, старый Раули!», «Где обещанная кружка?» и «Когда ты вернёшь мои деньги, пройдоха?»

Торговец улыбнулся и, обернувшись к девушке и худому мужчине, крикнул:

— Эй, Тессара! Напомню, что ты должна мне поцелуй!

Девушка убрала подол длинного платья с бедра и показала небольшие чёрные ножны с клинком, прикрепленные к её ноге.

— Иди сюда, дружочек.

— А как насчёт мужчины, купающегося в золотых львах? — спросил торговец.

— Которого ты, полагаю, обчистишь до нитки? — спросила девушка. — Хотя, у тебя, как всегда, не хватит умения, так что просто познакомь меня с этим человеком.

— Что ж, — сказал Раулиган, делая глоток, — Донеф, рад познакомить тебя с этой милой особой. Девушка с острым языком и не менее острым клинком — Тессара. Сейчас она наслаждается компанией красивого господина, но некогда была пиратом моря Упавших Звёзд. Девушка улыбнулась, но не отпустила руки дворянина, которого Раулиган представил как Иткура Онзибара — независимого купца из Амна, который прибыл в Сюзейл чтобы заключить выгодные торговые контракты.

Купец из Амна дёрнулся, когда пьяные торговцы взревели от смеха.

Раулиган улыбнулся и представил Донефу поддатых торговцев — Гормона Турлстарса, торговца клинками и инструментами, и Аталона Дарви, купца из Саэрлуна, который в последнее время подумывал о переезде в Сюзейл. Когда же Раулиган представил Донефа Марлиира, к сожалению молодого аристократа, люди в комнате утихли, будто внимательно изучая гостя.

— Приехали в город, чтобы посмотреть, как умирает старый враг? — спросила Тессара. Раулиган увидел, как лицо Донефа становится красным, и решил ответить за него:

— Ну откуда бы? Парень только прибыл в Сюзейл и толком не знает, что здесь происходит. Я бы и сам не прочь узнать.

После этого заявления двое пьяных торговцев, амнский купец и девушка начали шумно обсуждать политику, а Донеф уткнулся в кружку, разглядывая мутное дно. Когда какофония стихла, говорить продолжил лишь торговец оружием:

— … и Придворный Маг продолжает созывать всех, даже самых мелких дворян, — с этими словами Гормон посмотрел на Донефа, который поперхнулся элем.

Все замолчали в ожидании ответа, и, когда Донеф откашлялся, он громко сказал:

— Никакого приглашения к нам не приходило. Старшие члены моей семьи уже некоторое время говорили о том, что пришло время встретиться с королём, а когда по стране прошла весть о его болезни, меня спешно отправили в столицу.

— Некоторое время, — зычно повторил Аталон Дарви, тыча своей кружкой в сторону Донефа.

— Молчал бы, Аталон, — резко ответила Тессара. — Каждый день сидишь здесь и осуждаешь любую власть в стране.