Тюрьма его не особенно пугала. Там сидело множество его поклонников.

С грохотом открылась дверь гаража в конце подъездной дорожки к дому Джессики Прайс. Долговязая девочка лет одиннадцати-двенадцати с золотистыми коротко подстриженными волосами выволокла на обочину мусорный бак. Она была так похожа на Анну, что Джуд не сразу понял, кто это. Острый упрямый подбородок, светлые волосы и широко расставленные голубые глаза – Джуду показалось, что это Анна из восьмидесятых годов своего детства вышла в яркое сегодняшнее утро.

Оставив бак, девочка пересекла двор и вошла в дом. Там ее ждала мать. Девочка не закрыла за собой дверь, и Джуд с Мэрибет могли наблюдать за матерью и дочерью.

Джессика Макдермотт Прайс оказалась выше ростом, чем в свое время Анна, ее волосы – чуть темнее, вокруг уголков рта пролегли складки. На ней была деревенского стиля блузка с широкими рукавами, отделанными рюшами, и юбка с цветочным рисунком. Джуд подозревал, что этим нарядом Джессика хотела подчеркнуть свое свободолюбие, что она создавала образ темпераментной цыганки. Но ее макияж был слишком аккуратным и продуманным, а интерьер дома, насколько Джуд видел в раскрытую дверь, состоял из блестящей, темной, на вид дорогой мебели. Все отделано состаренной древесиной. Так что лицо и дом принадлежали не ясновидящей, а скорее сорокалетней финансистке.

Джессика вручила дочери рюкзак – блестящий и яркий, фиолетово-розовых цветов, в тон куртке и кроссовкам, а также велосипеду у гаража – и поцеловала ее в лоб. Девочка развернулась, хлопнула дверью и торопливо пошла через двор, закинув рюкзак за спину.

Ее путь пролегал мимо «мустанга», где сидели Джуд и Мэрибет. Проходя по противоположной стороне улицы, она метнула на них оценивающий взгляд. Оценила она их невысоко: судя по наморщенному носику – примерно так же, как беспорядок в соседнем дворе. Потом она свернула за угол и пропала из виду.

Когда она скрылась, Джуд почувствовал мурашки под мышками и на спине. Он вспотел, да так, что рубашка прилипла к телу.

– Ну, начали, – сказал он.

Он понимал, что промедление и любые размышления сейчас опасны. Он вылез из машины. Ангус пробрался вслед за ним. Мэрибет вышла с другой стороны.

– Жди меня здесь, – велел ей Джуд.

– Черта с два.

Джуд прошел к багажнику.

– Как мы войдем в дом? – спросила Мэрибет. – Просто постучим в дверь? Привет, мы пришли убить тебя?

Джуд открыл дверцу багажника, вынул оттуда монтировку и указал ею на гараж – он остался открытым. Потом захлопнул багажник и пошел через улицу. Ангус бросился вперед, вернулся, снова опередил Джуда, поднял заднюю лапу и помочился на чей-то почтовый ящик.

Было относительно рано, но солнце уже припекало затылок. Джуд держал в кулаке один конец монтировки (тот, что называется гвоздодером), а сам инструмент прижал к внутренней стороне предплечья, стараясь спрятать его от случайных взглядов. Позади хлопнула дверца. Мимо промчалась Бон. Через миг появилась Мэрибет. От бега она запыхалась.

– Джуд. Джуд. Погоди. Что, если мы… Если попробовать поговорить с ней по-хорошему? Скажи ей, что ты никогда… никогда не хотел Анне зла. Никогда не думал, что она убьет себя.

– Анна не убивала себя, и ее сестра это прекрасно знает. И дело не в самоубийстве. – Джуд оглянулся на Мэрибет, когда она отстала. Девушка смотрела на него с горестным удивлением. – Мы не сразу в этом разобрались, дело оказалось гораздо сложнее. Мне все больше кажется, что плохие парни в этой истории – не мы с тобой.