— Домой, — я махнул рукой, приглашая за собой Коракса, Лауру и Тинги.

Вороны дисциплинированно подошли ко мне, но в их взглядах словно мелькнуло что-то грустное и печальное. То, о чем они не решались сказать вслух, а может быть, даже и про себя. Впрочем, я такое видел уже не раз.

— Возьмите тело Варуса, не стоит оставлять его тут, — я подхватил потоком Обмана останки белокрылого ворона и передал его Кораксу. Да, именно ему сейчас это будет полезнее всего, чтобы он смог простить себя и двигаться дальше.

— Мы еще можем сражаться, — не отводя взгляда от тела брата, сказала Лаура. — Мы готовы рискнуть…

— Я не готов, — оборвал я девушку. — Назад.

И вслед за мной все вороны покинули это столь негостеприимное, но в то же время крайне перспективное место. Я бросил взгляд на бесконечную горную гряду Грани, когда проход уже почти закрылся, и вот мы снова оказались в обычном мире. Наша старая стоянка с ее таким банальным антуражем, кострищем, лежанками, которые устроили себе Шелли, Дайя и Самайн, веревками, что остались от пленного духа — все это теперь выглядело так непривычно.

— А где все? — Коракс оглянулся по сторонам, кажется, уже начиная догадываться, что заманить их в смертельную ловушку было не всем планом бывшего ученика демиурга.

— Самайн в башне Карика, отмечает свою награду. Девочки в плену у Бо, отрабатывают призовые нашего тощего друга. А вот пленник… — я только сейчас осознал, что так сосредоточился на ключевых участниках недавней трагедии, что совсем упустил из вида эту небольшую деталь.

Духа-перевертыша из клана Гончей раскрыли, связали, а потом всем просто оказалось не до него.

— Из-за меня? — Коракс опять собрался поиграть в жертву, но на этот раз я не собирался опускаться до того, чтобы щадить его чувства.

— Из-за вас всех, четверых! — я кивнул на воронов, в том числе и мертвого Варуса. — Но вы заплатили за эту глупость. А теперь помогите мне найти нашего беглеца…

Я прямо-таки представил, как Самайн развернул тут свои интриги, прогнал духов, захватил девчонок и ушел. А дух Гончей остался один, не понимая до конца, что произошло, но явно не собираясь сдаваться. Тот, кто так умеет прятаться и скрывать себя, точно не опустил бы лапки. И тогда… Несмотря на путы и блоки он бы попробовал сбежать. Сначала с места стоянки, чтобы мы не вспомнили о нем раньше времени, а потом и вовсе из этого мира.

— Он подчистил все следы в стихиях, — Коракс вспомнил, что стал Генералом, и попробовал использовать стихию демиурга, к которой еще явно не успел привыкнуть.

Я сделал себе пометку, что инстинкты бывшего ворона все же помогли ему справиться с новым приемом. А еще один плюс достался нашему пленнику. Как бы он ни был силен, но скрыться от Жизни, которая может отследить любые изменения в связанных с ней стихиях — а это почти все и есть — очень и очень непросто.

— Обычных следов тоже не оставил, — Лаура как призрак пролетела по округе в поисках более банального способа найти беглеца.

— Зато оставили девчонки, — Тинги, который из старшего духа превратился в начинающего бога, как ни странно, проявил себя лучше всех. Он не стал искать самого воина из клана Гончей, а вместо этого подошел к брошенным вещам Шелли и Дайи.

— Точно, они же исследовали его кровь, — вспомнил я и поймал брошенный мне рыжим вороном стеклянный фиал.

Конечно, никто из нас стихией Крови не обладал, но вместо нее ведь можно использовать мозги и немного фантазии. Я перевернул флакон у себя над ладонью, дождался, пока на нее упадет пара капель, а потом использовал голую силу Зла, чтобы черным пламенем сжечь их дотла. Почти дотла — кусочек спекшейся мертвой крови остался лежать словно маленький драгоценный камень, который теперь был связан не только с пленником, не только с Кровью, но еще и со Смертью.