|
Но азаз нанес удар первым. Послышался пронзительный вой, и на нас обрушился шквальный ветер. Мы упали на колени, хватаясь друг за друга, а один колдун совершил ошибку, попытавшись поймать жаровню на треноге, которую потащило к краю крыши. Не успел он встать во весь рост, как ветер с торжествующим ревом сбросил его с крыши. Мы оказались в самом центре урагана.
Император поспешно стал чертить на камне какие-то символы. Ветер моментально утих, и снег снова стал падать ровно.
— Готов поспорить, азаз об этом заклинании даже не слышал, — торжествующе произнес Тенедос, — ибо ему меня научили в отдаленном монастыре в Джафарите. Пусть ублюдок узнает, как полезно путешествовать.
Ухмыльнувшись своей шутке, император вернулся к своему заклинанию.
— Почему они не посылают новых людей на мосты? — спросил кто-то.
Я до сих пор не знаю ответа на этот вопрос. Скорее всего, офицер, которому пришла мысль усилить охрану переправы, сгорел в огне, вызванном Тенедосом. Или, быть может, внимание майсирцев было полностью поглощено битвой чародеев. Возможно, они на некоторое время забыли о мостах, но в ходе сражения даже несколько минут могут показаться целой вечностью.
Примерно в миле ниже по течению на берегу замелькали огни: Баранская гвардия нанесла отвлекающий удар. Император всмотрелся в темноту, словно ему было видно происходящее, — и по его словам я понял, что это действительно так.
— Они захватили один из островов. Храбрецы! — Он помолчал. — Проклятая река затянулась льдом, но они проламываются сквозь него, как будто его нет и в помине. Черт! На острове полно майсирцев столько же, сколько гвардейцев. — Тенедос снова умолк, затем удовлетворенно кивнул. — Хорошо. Варанцы перестроились и снова пошли в атаку.
Он вернулся к своему заклинанию.
В это время на площади появился отряд лучников и, рассыпавшись, обрушил на нас град стрел. Два человека, колдун и солдат, рухнули с крыши. Один еще корчился от боли, другой затих.
— Ты,—обратился Тенедос к одному из наших лучников, — дай мне свою стрелу.
Солдат повиновался. Император мгновение разглядывал деревянную палочку с оперением и острым наконечником.
— Эх, если бы у нас было чуть побольше их крови, — с сожалением произнес он. — Но ничего, и это сойдет.
Закрыв глаза, Тенедос прикоснулся острием стрелы к своему веку, затем к земле, бормоча на незнакомом мне языке.
— Ложись! — вдруг крикнул кто-то. — Они снова стреляют!
Мы распластались на крыше, что было глупо, так как стоя мы представляли собой менее удобную мишень для стрел. Но ни одна стрела не достигла крыши: они задрожали, словно ощутив дуновение сильного ветра, и попадали на землю.
Тенедос окликнул одного из колдунов.
— Ты знаешь, как это делается?
— Кажется, знаю, ваше величество.
— Читай заклинание каждый раз, когда ублюдки будут в нас стрелять. Надеюсь, им это надоест раньше, чем нам.
Император посмотрел на реку.
— Майсирцы двинули на варанцев кавалерию, — сказал он. — Два... нет, три полка.
— У вас есть заклятие, чтобы им помешать? — спросил я.
Теперь силы неприятеля превосходили наши в восемь раз.
— Я уже работаю над одним заклинанием, — недовольно отмахнулся Тенедос. — Рисковать нельзя. |