Корабль казался пустым, а жизнь лишенной смысла. Хорошо что прислали заказанную кассету - у него так и не нашлось свободного времени, чтобы ее посмотреть. Лэмпарт нашел кассету и отнес в рубку управления, где имелось необходимое оборудование.

А вот и она, Звездная Королева. Линда Льюис, прекрасная блондинка, женственная и совершенно обнаженная. Когда она непринужденно беседует с капитаном Штормом, кажется, что ее тело окутывает мягкое внутреннее сияние. Другой эпизод - она такая же чудесная и привлекательная. Ее колдовское обаяние по-прежнему брало Лэмпарта за душу.

Линда двигается, улыбается, разговаривает, а камера дает наплыв на ее светлые волосы, рассыпанные по плечам. Вот она снова сталкивается с невероятной опасностью - высокая грудь бурно вздымается, шелковистая жемчужная кожа вызывает благоговейное желание прикоснуться кончиками пальцев…

Неожиданно Лэмпарт обратил внимание на прежде не замеченную деталь. Хотя Звездная Королева по-прежнему оставалась прекрасной и желанной, он понял, что она ни о чем не просит. Она - великолепный цветок, которым можно любоваться и восхищаться, существо самодостаточное и не нуждающееся в поддержке. Какой бы откровенной ни казалась ее поза, как бы камера ни изощрялась, демонстрируя прелести актрисы, в самой Звездной Королеве нет ничего, похожего на призыв, а слово «хочу» исключено из ее лексикона. Более того, теперь Лэмпарт знал, что в Королеве нет даже намека на загадочность.

Лэмпарт с удовольствием сравнивал уверенную в себе холодную блондинку со страстной и такой живой Доротеей. Неожиданно он подумал, что подошел к пониманию сущности любви.

Ходили слухи, будто Линда Льюис живет с Арунделом, который играет капитана Шторма. Многие считали, что она ведет образцовую и лишенную волнений жизнь. Возможно, размышлял Лэмпарт, именно любовь тому причиной. Они довольны друг другом,

что позволяет возвести стену, отделяющую их от внешнего мира, создать ощущение безопасности и защищенности, когда все остальное уже не имеет значения. И ей безразлично, сколько мужчин пялится на ее тело и пускает слюни, - у нее уже есть все, что необходимо, и она вполне довольна.

Лэмпарт не мог представить себе, чтобы Доротея была довольна хоть чем-нибудь - во всяком случае, долго. Казалось, ее желаниям нет конца.

Он выключил изображение, отнес кассету в мастерскую и принялся за один старый проект. Джон терпеливо наматывал в спираль тонкую золотую проволоку, а беспокойные мысли о Доротее все никак не шли из головы. Ему ужасно хотелось узнать, чем она занята, и помочь, но он понимал, что это невозможно.

Сигнал тревоги заставил его поспешить в рубку. На экране появились сани. Лэмпарт устроился на верхней ступеньке трапа и расслабился. Лучше ей не знать о том, как он волновался и какую радость испытал, увидев, что она цела и невредима.

Доротея спрыгнула на песок. С тонкого ремня свисал меч, лук она забросила за спину. Лэмпарт вдруг заметил темные пятна на плечах и груди, но тут же облегченно вздохнул, разглядев их цвет. У нее такая же кровь, как и у него. Засохшие полосы на теле Доротеи были пурпурными.

– С тобой все в порядке, принцесса? - спросил Джон, протягивая руку, чтобы помочь ей устроиться рядом.

– Да. Теперь. - Девушка весело потерлась плечом о его плечо, показала испачканную руку и легко стряхнула засохшую корочку. - Я встретилась с котом. Ему захотелось поспорить, а у меня оказалось вполне подходящее настроение. В результате я его убила. И привезла сюда. Шкура может пригодиться.

– Мы еще не имели дела с кошачьими шкурами. Быть может, выйдет новая юбка.

– Ты всегда говоришь то, что нужно.