– Земля. Слышу вас. Остаюсь еще на тридцать дней. Инструкции?

– Никаких новых инструкций. Еще раз проверьте те места, где пробы показывали семьдесят процентов или больше. Шаттл будет прилетать в прежнем режиме. Как поняли?

– Понял отлично.

Лэмпарт молча смотрел, как стрелки медленно перемещаются в нулевое положение.

– Ну, что скажешь? - спросил он наконец.

– Не знаю. Меня они теперь мало интересуют, Джон. - Доротея с хитрым видом пожала плечами. - Важно лишь то, что мы остаемся еще на тридцать дней. Мне ужасно не хотелось покидать наш лагерь. Тут все для меня дорого. Целый месяц!

Доротея выглядела такой довольной, что на короткое время Лэмпарт забыл о своих подозрениях, и ему захотелось поддержать веселье девушки. Однако в полуденный зной, когда они лежали рядом на шкуре в тени корабля, а все кругом заливало ослепительное сияние, Джону пришлось вернуться к прерванному разговору. В такие моменты ему было легче говорить с Доротеей откровенно.

– Этого поворота следовало ожидать, - рассуждал он, поглаживая ее волосы. Голова девушки лежала у него на бедре. - Или Колсон по какой-то причине не удовлетворен результатами моей работы и хочет, чтобы я взял повторные образцы, или, наоборот, пожелал получить подтверждение. Я понимаю, мои слова кажутся тебе странными - нельзя исходить из того, что оба вывода имеют место одновременно, - однако не все так просто.

Доротея слегка изогнулась, чтобы показать, что внимательно его слушает.

– Понимаешь, с самого начала я играл по головокружительным ставкам. Я собирал образцы, писал отчеты, делал предварительные анализы. У меня узкое специальное образование, в вопросах финансов я полнейший профан. За все время мне ни разу не удалось найти образец, содержащий менее шестидесяти пяти процентов металла. Очень много по обычным стандартам. Мне не известно, решится ли Колсон на основании этих данных на серьезную разработку планеты. Ты слушаешь?

После короткой заминки Доротея обиженно ответила:

– Ты нарочно так себя ведешь! Ведь прекрасно знаешь, что мне не хочется о нем говорить. Конечно, я тебя внимательно слушаю. Я просто не понимаю, почему ты так разволновался? Если нужно брать пробы вторично - что ж, ладно. Мы останемся здесь еще на тридцать дней - замечательно! Что тебя тревожит?

Лэмпарт не стал больше спорить. Однако не в его характере было отказываться от дальнейшего анализа ситуации, и он продолжал искать ответ на возникшие вопросы.

Дни летели незаметно и приятно. На сбор повторных образцов уходило всего несколько часов в сутки: остальное время они строили планы, совершенствовали оружие и тренировались.

Их отношения стали еще более близкими. Они изучили друг друга до мельчайших подробностей - обычно люди не проводят столько времени вместе. Когда у Лэмпарта набралось достаточное количество крученой золотой проволоки, он сделал для Доротеи изящную корону. Сначала девушка энергично протестовала: потом - в некоторых случаях - надевала ее с видимым удовольствием.

Им удалось вполне прилично выделать первую кошачью шкуру, а следующие получились и вовсе превосходными. Лэмпарту очень понравилась юбка из блестящей синей шкуры с тонким изящным пояском и золотой пряжкой.

– Ты уверен, что сможешь ее расстегнуть? - сурово спросила Доротея.

– Уверен, - серьезно ответил он. - Именно поэтому я еще не сделал кольцо тебе на палец, принцесса. Тогда наши отношения перейдут в новую фазу - получится, что я имею на тебя особые права, чего не будет никогда.

Они продолжали исследовать планету, обнаружили новые виды фруктов, однако часть из них оказалась совершенно несъедобной. Зато удалось найти подходящие корни для супа. Лэмпарт часто собирал крошечные, похожие на драгоценные камни цветы и дарил их Доротее. Ему представлялось, что она с каждым днем становится все прекраснее.