– Не может быть, что всё кончено, – вздохнул Шаул.

– Не может быть, – повторил Авнер. – Давай рассуждать. Пехоты басилевса мы не боимся – против неё иврим устоят. Мы у себя дома. Но вот железные колесницы… Как удержать на месте людей, когда на них несутся повозки, увешанные копьями, да кони храпят, а возницы швыряют эти их дротики, которые воют в полёте? Иврим побегут, и тогда выйдет пехота басилевса с длинными копьями и переколет нас всех. Ты меня слушаешь?

– Ну, слушаю, – откликнулся Шаул. – До сих пор нас от колесниц спасали горы. А что теперь? Оставаться в горах – Филистия перережет Землю Израиля пополам, сперва очистит север, потом примется за юг. Что же иврим так и будут ждать в горах? Конечно, разбегутся!

– Шимониты поймали одного ахейца. Он говорит, что Ахиш обещал молодым солдатам, что после атаки колесниц туземцы рассеются по лесам и пещерам, а их командиры спрячутся в селениях, переодевшись, чтобы не узнали. Басилевс уже объявил награду тем, кто опознает тебя, меня и всех князей иврим, – рассказал Авнер.

– Побегу! Спрячусь! Переоденусь! – Шаул опять начал смеяться. – Не знает Ахиш иврим. Сколько воюем с ним, а всё не знает.

– Погоди, погоди, – остановил его Авнер бен-Нер. – Выходит, иврим должны уйти не в горы, но так, чтобы от колесниц филистимлянам не было прока. То есть...

– За Иордан! – Шаул начал приподниматься. – Дальше, Авнер?

– Верно, за Иордан. Кажется, Ахиш об этом не подумал. Шимониты сказали, что всё филистимское войско движется сюда, в Изреельскую долину. А иврим отойдут за Иордан. Там к нам добавятся ополчения трёх гил’адских племён, армия вернётся и побьёт филистимлян. Ну, как?

– За это время они займут все наши селения здесь, в долине и будут зверствовать.

– Будут, – невесело согласился командующий.

– Дальше. Колесницы станут нас преследовать и догонят раньше, чем мы перейдём реку.

– Верно.

Они опять замолчали, а потом одновременно подняли головы.

– Кто-то останется и задержит колесницы, – выговорил Авнер бен-Нер.

– Я, – сказал Шаул. – А ты уведёшь армию, и когда-нибудь вернёшься и очистишь от необрезанных нашу землю. – Шаул вдруг возвысил голос: – Это – приказ короля, командующий Авнер бен-Нер. Иди и готовь армию.

Тяжёлой походкой король направился к палатке Совета, уже собравшегося по его приказу. Миха следовал за ним, не отставая ни на шаг. Войдя в палатку, король не сел со всеми, как делал обычно, а прошёл на середину и громко, внятно объявил, что армия – две тысячи бойцов – уходит с Авнером за Иордан, а тысяча воинов останется с ним, Шаулом. Рассчитывать, что успеют подойти ополчения северных племён, не приходится.

Наступила тишина. После совещания весь Совет решил остаться с королём прикрывать отход к Иордану.

– Мы с тобой, король Шаул, – сказал за всех старый князь Яхмай.

Шаул кивнул. Другого ответа он не ждал.

Командиры вышли. Шаул задержал Яхмая.

– Яхмай, – попросил король. – Поговори с бойцами, скажи им, что для всех нас эта ночь – последняя. Напомни, что, по обычаю иврим, те, кто недавно привёл в дом жену, посадил виноградник, те, у кого родился ребёнок, – они могут уйти домой.