Скопас глубоко вздохнул, в то время как Трерис пожирал меня мрачным взглядом.

   — Я понимаю вашу точку зрения, — сказал Скопас. — И, возможно, это именно то, чего нам недостает… недоставало. Вероятно, вы правы, и нам следует занять более твердую позицию и решительнее выступать против экс-императора. Может быть, ваша огромная военная сила является тем самым последним штрихом, который придаст законченный вид нашему правительству.

   Теперь уже я отвел взгляд в сторону.

   — А теперь перейдем к главному вопросу, который мы намеревались с вами обсудить, — продолжал Скопас. — Жителям Никеи давно уже не доводилось праздновать победы. Так нельзя ли устроить праздник — как можно скорее показать им вашу армию? Люди хотят видеть победителей битвы при Латане — вот как они теперь называют вас и ваших солдат. Они хотят видеть вас, Дамастес.

   — Это можно очень просто устроить, — подхватил Трерис — Местность, где вы расположились, годится только для временного лагеря. А между тем к западу от Никеи есть более просторная территория с хорошей. системой отводных канав на случай дождей и уже готовыми постройками. Вы, генерал, вероятно, знаете это место по тем временам, когда служили в армии. Это старый учебный и парадный загородный полигон.

   Я помнил его, помнил, как отдыхал в тени густых деревьев и потел на строевых занятиях. Это место располагалось на большом острове и отделялось от столицы широким рукавом Латаны, через которую регулярно ходил паром.

   Я задумался, но не заметил в предложении никаких скрытых подвохов, зато увидел очевидные преимущества.

   — Что ж, — сказал я. — Мы могли бы это сделать. Пожалуй, это принесет некоторую пользу и моим солдатам, ведь большинство из них и понятия не имеют, за что мы боремся.

   На этом переговоры закончились. Но после того как я распрощался с визитерами и они со своей свитой отправились восвояси, я обнаружил на своем столе клочок бумаги, которого до их появления там не было.

   На нем изящным почерком Скопаса, который я хорошо знал еще с тех пор, когда служил Совету Десяти, было написано:

   «Нам необходимо как можно скорее подробнее обсудить с вами мое предыдущее предложение. Я подготовлю условия».

   — Любопытно, — заметил Йонг. — Тебе не кажется, что эти воры намереваются надуть друг друга?

   Кроме меня в палатке находилось еще пять человек: Линергес, Йонг, Кутулу, Симея и Синаит. Каждая из волшебниц наколдовала по Стене безмолвия вокруг палатки, чтобы наверняка обезопасить нас от подслушивания.

   — Ничего удивительного, — отозвалась Синаит. — И Бартоу, и Скопас стремятся лишь к тому, чтобы сохранить власть для себя, и готовы пойти на союз с кем угодно, кто поможет им в этом.

   — Мне кажется, — вступил в разговор Линергес, — что у них есть три варианта поведения: попытаться удержаться теми силами, которыми они располагают, что на сегодняшний день представляется невозможным; примкнуть к Тенедосу — ну, об этом они вряд ли могут думать всерьез, потому что в случае своей победы он предложит им разве что освященный нож; и еще — залезть в постель к Дамастесу.

   — Но ведь они уже обращались к Дамастесу с предложениями… — размышляла вслух Синаит. — Так по чему они так хотят, несмотря ни на что, все же уговорить его?

   — Их вынуждает отчаяние, — категорически заявил Йонг.