Подбежав к двери, она резко распахнула ее, быстро пересекла узкий холл и, влетев в спальню отца, кинулась к телефону на прикроватной тумбочке.

— Алло! Алло? Алло…?

— Привет.

Услышав низкий голос, Бэт рухнула на кровать, стиснув телефон в кулаке и прижимая его к уху так сильно, будто могла стать ближе к своему мужчине.

— Привет. — Закрывая глаза, она не стала бороться со слезами. Она позволила им литься по щекам. — Привет.

Его голос был таким же хриплым, как и ее.

— Привет.

Повисла длинная пауза, но это ничего: хотя он был дома, а она здесь, казалось, будто они обнимали друг друга.

— Прости, — сказал Роф. — Мне так жаль.

У нее вырвалось рыдание.

— Спасибо…

— Прости. — Он коротко рассмеялся. — У меня туго со словарным запасом, да?

— Все нормально. Я тоже нехорошо себя чувствую… кажется, ты снился мне.

— Ночной кошмар?

— Нет. Я скучаю.

— Я этого не заслуживаю. Я боялся звонить на твой сотовый, вдруг ты не ответишь. Я решил, что если ты с кем-то, то они поднимут трубку и… да, мне жаль.

Бэт сделала долгий выдох и откинулась на подушки. Скрестив ноги в лодыжках, она окинула взглядом свои фотографии. — Я в его спальне.

— Да?

— В твоей спальне нет телефона.

— Боже, давно я не бывал в том доме.

— Я знаю. Этот особняк навевает столько воспоминаний.

— Вот уж точно.

— Как Джордж?

— Скучает по тебе. — Раздались приглушенные удары… словно он похлопывал пса по бокам. — Он рядом со мной.

Хорошие новости: нейтральные темы идеальны для того, чтобы аккуратно подступить к вопросу отношений. Но большой разговор все равно нависал над ними.

— Голова Джона в порядке, — сказала она, теребя низ своей кофты. — Но ты, наверное, и так знаешь, как все прошло в медицинском центре?

— Ну, на самом деле, нет. Я… ну, не в теме.

— Я звонила.

— Да?

— Да. Тор сказал, что ты спал. Тебе, наконец, удалось отдохнуть?

— Эм… да.

Когда он опять замолчал, второй этап тишины стал словно подготовительным, отсчетом до настоящего разговора. И она не знала, как поднять тему, что сказать, как…

— Не думаю, что рассказывал тебе о своих родителях, — сказал Роф. — Кроме того, что они были…

Убиты, закончила она мысленно.

— Они были парой, подобранной на небесах, пользуясь человеческой терминологией. Я про то, что хотя был маленьким, я помню их вместе, и честно говоря, когда они погибли, я думал, что это ушло вместе с ними. В смысле, такая любовь бывает раз в тысячелетие. Но потом я встретил тебя.

Горячие слезы продолжили стекать по щекам, некоторые тихо падали на подушку, другие скатывались к уху. Протянув руку, она вытащила «Клинекс» и бесшумно промокнула слезы.

Но он знал, что она плакала. Точно знал.

Голос Рофа стал тихим, будто он с трудом сдерживал себя.

— Когда меня ранили пару месяцев назад, и мы с Тором удирали из дома Эссейла, я не боялся умереть. Я знал, что рана была серьезной, но я бывал во многих передрягах раньше… и знал, что выживу… потому что никто и ничто не разлучит нас.

Прижав телефон плечом, она свернула влажный платочек в аккуратный квадратик.

— О, Роф…

— Когда дело касается тебя и ребенка… — Его голос сорвался.