Незачем заботиться о следующем наследнике престола, только если они собирались свергнуть действующего правителя.

Он обошел стол и осмотрел каждую открытую страницу. Чем больше он видел, тем больше нарастала тревога.

— О… дерьмо, — пробормотал он редкое для себя проклятье.

Это плохо. Очень плохо.

Звук открываемой двери в кабинет придал ему энергии. На бешеной скорости он рванул назад в приемную для дам и закрыл за собой панели.

Он смотрел на картину Джона Сингера Сарджента над камином, когда дворецкий назвал его имя пару минут спустя.

— Он примет вас сейчас.

Незачем разбрасываться благодарностями. Он просто последовал за додженом и его неодобрением… и приготовился получить еще больше последнего от собственного отца.

Как правило, он ненавидел приезжать в этот дом.

Но не сегодня ночью. Этой ночью у него была цель важнее, чем противостоять тому, что, без сомнений, станет очередной попыткой его отца пристыдить сына и вернуть в лоно гетеросексуалов.

***

Мууууууууууууур.

Трэз нахмурился, услышав шум. Приоткрыв один глаз, он увидел брата, стоявшего над его кроватью, с черным котом Бу на руках, ледяные глаза сузились от неодобрения.

Глаза его брата, а не кота.

— Ты еще одну ночь проводишь ничком на спине, — выплюнул айЭм.

Это не вопрос, так зачем заморачиваться с ответом?

Трэз со стоном попытался сесть и уперся на руки, силясь выпрямиться. Очевидно, пока он был без сознания, весь мир превратился в хула-хуп, и сейчас кольцо затягивалось вокруг его шеи.

Проигрывая сражение, он рухнул на спину.

А его брат все стоял там, и он понял, что это — сирена, которая должна вернуть его к реальности. Но тело оставалось без сил.

— Когда ты в последний раз кормился? — спросил айЭм.

Он отвел взгляд, избегая вопроса.

— С каких пор ты полюбил животных?

— Ненавижу этого гребаного кота.

— Охотно верю.

— Ответь на мой вопрос.

Тот факт, что он не мог даже подумать о том, когда он… не-а, чистый лист.

— Я пошлю кого-нибудь, — пробормотал айЭм. — А потом мы с тобой поговорим.

— Давай поговорим сейчас.

— Зачем? Чтобы ты потом притворился, что не расслышал меня?

Вот это мысль.

— Нет.

— Они нацелились на наших родителей.

Трэз снова сел, и в этот раз без посторонней помощи. Дерьмо. Ему стоило ожидать это от с'Хисбэ, но…

— В смысле?

— А ты как думаешь? — Брат сместил почесывания с черных кошачьих ушек на подбородок. — Они начнут с нее.

Он потер лицо.

— Господи Иисусе. Я не ожидал, что верховный жрец будет таким…

— Это не он. Не-а. Он был вторым по списку, кто посетил меня прошлой ночью.

— Который час? — Хотя, по крайней мере, он видел в окне, что стояла ночь, и это частично ответило на вопрос. — Почему ты не разбудил меня сразу как вернулся домой?

— Я пытался. Трижды. Я собирался послать за реанимационной тележкой, если бы ты не очнулся и в этот раз.

— Так что сказал верховный жрец?

— Нам стоит беспокоиться о с'Эксе.

Трэз опустил руки. Смотря на своего брата, он знал, что, скорее всего, ослышался.

— Кто, прости?

— Не думаю, что такое имя нуждается в повторении.

— О, Боже. — Какого черта королевский головорез нанес визит его брату? С другой стороны… — Они на полном серьезе решили поднять ставки, да?

айЭм сел на край кровати, матрас прогнулся от его веса.