Она совсем не думала о том, как воспитывать детей вплоть до совершеннолетия. А ведь именно это так волновало Рофа.

Внезапно и четко как никогда она осознала давление, которое передавалось по наследству вместе с тем резным троном: хотя она была непосредственным свидетелем, истинное бремя никогда не было видно так ясно, как сейчас… когда она представила своего ребенка там, где каждую ночь сидел ее супруг.

Она в спешке покинула комнату.

Роф мог быть в двух местах… в тренажерном зале или в бильярдной комнате.

Минутку, в бильярдной точно никого не могло быть.

Блин, ну и беспорядок.

Поправив ночнушку и халат, она побежала по ступенькам… но из-за тряски внутренних органов, ее затошнило, и пришлось замедлиться.

Она пересекла мозаичную яблоню, решив, что спросит о тех, кто был в столовой…

И застыла в арочном проеме.

Несмотря на то, что до трапезы было далеко, за столом собрались все домочадцы… произошло что-то ужасное: ее семья напоминала коллекцию статуй из музея Мадам Тюссо, они безжизненно сидели на стульях, лица те же, но выражения на них совершенно ненормальные.

И все взгляды были обращены на нее.

Когда Роф поднял голову и посмотрел в ее сторону, Бэт показалось, что она снова прошла через превращение и как в тот раз, поднявшись из подвала дома ее отца, зашла в столовую и обнаружила там Братьев. Разница в том, что тогда все в комнате сильно удивились.

Сейчас же было что-то принципиально иное.

— Кто умер?! — требовательно спросила она.

***

В Старом Свете Кор и Шайка Ублюдков жили в замке, который, казалось, вырастал из земли, будто земля выталкивала из себя каменное строение, изгоняя, как опухоль. Расположенное на заросшей незаселенной горе, здание возвышалось над средневековой деревушкой, крепость была не столько величественной, сколько обиженной. И внутри все было не менее отталкивающим: призраки мертвых людей бродили по многочисленным комнатам и особенно в огромном холле, сбивая предметы с массивных столов, раскачивая канделябры из кованного железа, опрокидывая горящие поленья в каминах.

Воистину, там они чувствовали себя как дома.

Но в Новом Свете… они жили в тупике, в колониальном доме с хозяйской спальней цвета испражнений.

— Мы это сделали! Воистину, трон наш!

— Мы будем править вечно!

— Ю-ху!

Пока его бойцы поздравляли друг друга, поглощая алкоголь, он сел на диван в гостиной, с ностальгией вспоминая величественный зал того замка. Он казался более подходящим местом, чтобы созерцать, как благодаря его усилиям успешно творится история. Потолки в восемь футов высотой и бархатные кушетки — этого мало для события подобных масштабов.

К тому же, их замок… ранее служил пристанищем Первой Семьи. Свержение Рофа с престола, объявленное в месте его рождения — это подняло бы большую шумиху.

Может, эти убогие, пригородные окрестности лишали Кора радости, от которой распирало его воинов?

Но нет, дело было в другом: битва с Рофом еще не окончена.

Ее нельзя закончить вот так. Слишком просто.

Вспоминая путь от самого начала и до сего момента, Кор мог лишь покачать головой. Перед тем, как он пересек океан и прибыл в Новый Свет, все, казалось, было в большей степени под его контролем. После смерти Бладлеттера, он стал лидером своих солдат и столетиями наслаждался битвами с Обществом Лессенинг, после того, как Братство отбыло в Колдвелл.

В конечном счете, благодоря их неизменным успехам на поле боя, предмет охоты иссяк, и сложно найти удовольствие в преследовании тех бесхвостых крыс.

Он захотел трон сразу же, как высадился в Новом Свете, потому что… трон был здесь.