— Это неправда, — упирался Карл. На лице его было по-прежнему написано презрение, но глаза выдавали.

— Признайся, Карл. Ты любишь и уважаешь ее. И дорожишь ее мнением… потому что она одна не боится высказать его тебе. Лишь она одна не боится сказать тебе правду.

Карл подошел к столу возле одного из высоких арочных окон. Император Священной Римской империи ни за что не признается, что слушает советы женщины.

— Все, что ты сказала, Мария, ложь. Я ненавижу ее!

Мария помолчала, глядя на профиль брата.

— Карл, — сказала она наконец, — тебе не к лицу лгать.

Это было нечто. Император просто онемел от негодования. Он не мог найти подходящих слов, чтобы должным образом ответить ей, и был похож на потерявший управление, борющийся с сильным ветром корабль. С неожиданным ветром.

Император потряс головой. Тон его был уже не таким гневным, но в словах звучала уверенность.

— Ты потеряла рассудок… так же, как и она.

Мария глубоко вздохнула. Карлу было проще считать ее сумасшедшей. Ну что ж… так тому и быть. Она знала, как ей надо действовать. Она ему выскажет правду, но не всю. Затем что-нибудь попросит. Так всегда делала ее мать. Да и Изабель тоже. И хотя Карл уверял, что они просто с ума по-сходили, он всегда прислушивался к ним и все-таки выполнял их пожелания.

— Я не думаю, что безумие заразно, но считай, как тебе вздумается, Карл. — Она показала на стол и окружавшие его стулья. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Это займет немного времени. Но то, что я скажу, будет менее болезненно, чем спор, который мы вели.

Изумление в его глазах не осталось не замеченным молодой королевой. Она продолжала стоять. И пусть будет в помощь каждый дюйм ее скромного роста.

— Итак, — Мария сложила руки на груди. Время обмена любезностями истекло, ей нужно выяснить, что знает Карл о сложившейся ситуации, — ты еще не видел Каролину Мол?

— Кто это, черт возьми? — Он смутно припоминал это имя.

— Хорошо. — Она удовлетворенно кивнула. — Это значит, ты не разговаривал с графом Диего после своего возвращения?

— Я видел графа, — ответил он. — Знаю все, что ты ему рассказала. О том, как утонул корабль, на котором вы плыли. О том, как тебя спасли шотландцы. О том, что они не знали, кто ты такая. И я очень хорошо знаю, как упорно ты отказываешься от уже оговоренной свадьбы с молодым и красивым королем.

Она проигнорировала последнее замечание. Граф никогда не позволил бы себе так говорить о ней.

— Эта самая Каролина Мов… — продолжал император.

— Мов?..

— Ну хорошо, Мол. Мов, Мол — какая разница, — отмахнулся он. — Это та женщина, которая так настаивает на встрече со мной?

— Она коварный враг, проникший в мою спальню и укравший мое кольцо. Она может убедить тебя помочь ей в ее злобных планах. — Мария сдерживала себя, стараясь говорить не столь враждебно.

— Может быть, приказать графу Диего запереть ее в безопасном месте на несколько лет?

— Нет, Карл. Я хочу не этого.

— Но она вроде бы хочет опозорить тебя. Ты, наверное, ее просто не знаешь. Почему она хочет предать позору твое имя?

— Она пытается залечить старые раны, — спокойно ответила Мария.

— А ты при чем? — Любопытство Карла стало брать верх над раздражением. — Расскажи мне все, Мария. Я не спал почти всю ночь и…

— Сэр Джон Макферсон. Ее злой умысел направлен против сэра Джона, капитана корабля.