— Ничего серьезного, отец, — быстро сказала Дженет. — Правда. Со мной все в порядке. Поверь.

Сэр Томас остался стоять на месте, обескураженный последними словами доч»ри.

— А почему с тобой должно быть что-то не так?

— Даю слово, Томас, — вмешалась Каролина, на сей раз более решительно. — Иди куда шел и перестань колотить в дверь в столь ранний час. Хватит, мы уже привлекли к себе достаточно внимания.

Сэр Томас открыл было рот, чтобы возразить, но жена, прижав пальцы к его губам и клюнув его в щеку, заставила его молчать.

— Мать с дочерью могут время от времени поспорить, — сказала она, поглаживая грудь мужа. — И Дженет, и я уверяем тебя, что все в порядке. Пока, медведь. Нам нужно закончить наш разговор.

Глаза сэра Томаса выражали недоумение. Каролина слегка провела его рукой по своему теплому телу — она никогда не была на людях столь ласковой к нему.

— Если ты вернешься в каюту, — искушающе промурлыкала она, — я присоединюсь к тебе через минуту-другую и тогда все тебе расскажу.

Она зазывно посмотрела на него, и сэр Томас тут же сдался.

— Да, — сказала Каролина значительно, — все расскажу.

Когда дверь за ее отцом закрылась, Дженет с ужасом увидела на лице мачехи неприкрытую угрозу.

* * *

— А вот шах!

— И никакого снисхождения к больной женщине.

Изабель неудоуменно уставилась на стоящую перед ней шахматную доску из слоновой кости и черного дерева. Она с неприязнью посмотрела на красивое лицо сидящего на стуле у ее постели командующего.

— Если вы игрой в шахматы хотите произвести на меня впечатление, то ошиблись в своих расчетах.

— Произвести впечатление? — повторил Джон с улыбкой. — Нет, леди Изабель, мне и в голову это не пришло. В любом случае зачем?

— А бог вас знает, — раздраженно ответила Изабель. — Ну хотя бы потому, что у вас нет ни малейшего шанса.

Джон, собирая фигуры, посмотрел в лицо старой женщины, пытливо изучающей его.

— Что вы имеете против меня? — спросил он, найдя наконец в складках покрывала на кровати черную королеву.

— Чего вы хотите от нее? — продолжала Изабель. — Я имею в виду Марию.

Шотландец сжал в пальцах шахматную фигурку. Он хотел поставить ее на доску рядом с королем, но помедлил, рассматривая.

— Очень просто, леди Изабель, — дружбы.

— Ба, ба, ба! — фыркнула Изабель. — Дружбы? Но неужели вы рассчитываете, что я, старая женщина, знающая свет, вам поверю? Мария слишком хороша собой, а вы чересчур красивы, чтобы это было «очень просто».

— О, миледи, вы слишком любезны ко мне, морскому волку, — усмехнулся Джон.

— Вы глупец, если думаете, что я расточаю вам комплименты. — Изабель подтянула одеяло до подбородка. — Говорю, потому что вижу и потому что подсказывает мне мой опыт.

— Думаю, что мы закончили игру, — он торопливо поставил на доску королеву рядом с королем.

— Пока что, — ответила женщина.

Командующий встал и отнес доску с фигурами в угол каюты. На столе остывал обед Изабель, Джон взял поднос с едой и поставил его перед ней. Изабель окончательно уверилась в том, что вчера между ним и племянницей что-то произошло. Она потихоньку дремала после ужина, но проснулась, услышав, как Мария закрывает за собой дверь. Изабель знала, зачем она направилась к шотландцу. Молодая женщина опрометчиво обещала ему помощь и пошла сказать, что передумала.