– Эллерт, – прошептала она. – Твой брат, лорд Элхалин, в приемном зале и хочет поговорить с тобой. Я останусь с твоей женой.

Эллерт спустился в приемный зал – единственное помещение Башни, куда допускались посторонние. Дамон‑Рафаэль стоял там; за его спиной неподвижно и безмолвно возвышался телохранитель.

– Ты оказал нам честь своим приездом, брат. Чем могу служить тебе?

– Полагаю, ты слышал о нарушении перемирия?

– Неужели ты пришел призвать меня к оружию?

– Неужели ты думаешь, что я сам бы явился сюда ради этого? – с презрительным смехом отозвался Дамон‑Рафаэль. – Нет, здесь от тебя больше проку. После стольких лет, проведенных тобою в посте да молитвах, мне что‑то не верится в твои боевые навыки… да и в остальные мужские способности. Нет, брат, у меня есть для тебя другое поручение.

Эллерту пришлось призвать на помощь всю выдержку, чтобы стерпеть неприкрытый сарказм, звучавший в словах брата, и спокойно повторить, что он готов служить своему верховному лорду.

– Тебе приходилось жить за Кадарином. Ты когда‑нибудь бывал в землях Алдарана, возле Каэр‑Донна?

– Нет, только в Ардаисе и Неварсине.

– Тем не менее ты должен знать, что клан Алдаранов становится слишком могущественным. Они владеют замком Алдаран у Каэр‑Донна, а также Сэйн‑Скарпом и Скатфеллом. Недавно они заключили союз со всеми своими соседями – с Ардаисом, Дарриэлом и Сторном. Они из рода Хастуров, но лорд Алдаран не приехал на мое вступление в права лорда Элхалина. Более того, он уже много лет не посещает праздник середины лета в Тендаре. Теперь, когда снова разразилась война, он похож на огромного ястреба в своем горном гнезде, готового обрушиться на Нижние Земли, если мы потеряем много сил и не сможем противостоять ему. Если все, кто находится в союзе с Алдараном, ударят по нам одновременно, сама Тендара не устоит. Я могу предвидеть день, когда все Домены от Далерета до Холмов Килгард подпадут под владычество Алдарана.

– Я не знал, что ты обладаешь даром предвидения, брат, – заметил Эллерт.

Дамон‑Рафаэль покачал головой:

– Для этого не требуется большой одаренности, да, пожалуй, и большого ума. Когда родичи враждуют, в брешь между ними вступают враги. Я пытаюсь договориться о новом перемирии, но это не так‑то просто. Наши почтовые птицы днем и ночью летают с секретными депешами. Кроме того, одна из моих лерони  работает на приеме и передаче посланий, но, разумеется, ей мы не можем доверить ничего секретного: то, что известно одному, становится известно всем, кто находится на связи. Вот теперь, брат, мы подошли к той услуге, о которой я хочу тебя попросить.

– Я слушаю, – сказал Эллерт.

– Много времени прошло с тех пор, как замок Хастур посылал дипломатическую миссию в Алдаран. Однако мы нуждаемся в более тесных связях. Сторны владеют землями к западу от Каэр‑Донна, прилегающими к Серраису. Возможно, они сочтут выгодным для себя присоединиться к Риденоу. Тогда все кланы в пределах Хеллеров окажутся втянутыми в эту войну. Как думаешь, ты сможешь убедить лорда Алдарана сохранять нейтралитет и удерживать своих союзников от поспешных действий? Не думаю, что он захочет воевать на нашей стороне, но он может воздержаться от какого‑либо участия в распрях. Ты приобрел неварсинские навыки и хорошо знаешь язык Хеллеров. Ну как, Эллерт, ты поедешь туда?

Эллерт внимательно изучал лицо брата. Задание казалось ему слишком простым. Неужели Дамон‑Рафаэль задумал какое‑то предательство или просто хочет убрать его с дороги, чтобы подданным Элхалина не пришлось делить свою преданность между двумя братьями?

– Я в твоем распоряжении, Дамон‑Рафаэль, – ответил он.