Руслан сел рядом с Будимиром и осторожно пристроил его голову у себя на коленях.

– Ничего. Мы тебе поможем. Александра призовет лучших лекарей.

– Не надо лекарей, – при каждом слове изо рта Будимира текла розовая пена. – Чувствую, как холодеют ноги. Нет, не быть мне княжеским виночерпием…

– Ерунда, Будимир. Мы побывали с тобой во многих переделках и всегда одерживали над смертью победу.

– Видно на этот раз удача меня оставила. Скажи, хозяин, я ведь был неплохим слугой? Даже когда трусил и жадничал, всегда старался быть тебе полезным…

– Почему был? Ты и есть самый лучший слуга, нет, не слуга! Друг! Ты настоящий друг, Будимир! Не умирай!

Толстяк уже не слышал Руслана. По его телу пробежала легкая дрожь, а широко раскрытые глаза неподвижно уставились в небо, к которому он столько раз обращался при жизни.

Руслан встал. Испачканная в крови Будимира куртка и безумные глаза делали его облик страшным. Он выхватил меч.

– Тащите этого ублюдка сюда! Я снесу ему голову! – в бессильной ярости он принялся вонзать меч в доски помоста. – Он убил Будимира! Понимаете?! Убил!

Наполненный нечеловеческой болью крик разнесся над опустевшей площадью Кошель-града. Руслан распластался у ног мертвого друга и зарыдал.

– Я тоже так думаю, – Руслан сидел на широкой лавке в светлице, где когда-то жила Елена-рукодельница и рассматривал вышитый ею рушник. – Будимир был тщеславным, как дитя…

– А что будет с нами?

– Ты стала княжной и будешь править Зелеными Холмами мудро и справедливо. Мы очистили этот мир от нечисти, но кто знает, сколько существ подобных Володару и Ядвиге еще жаждут власти и крови? Ты взвалила на свои плечи нелегкую ношу, моя Александра. Что касается меня, то…

– Ты должен пройти сквозь врата, о которых говорил Володар и вернуться в свой мир? – девушка села рядом с Русланом и прижалась к нему всем своим гибким телом. – Это обязательно?

– На какое-то время я заменил Руслана Чужака, но что будет, если он возвратиться из своих странствий? К тому же у меня осталось много неоконченных дел, – Руслан развернул рушник Елены-рукодельницы. – Смотри, вот дом девушки, которая была твоей подругой в Зеленых Холмах. Мне очень хочется надеяться, что со смертью Володара что-то изменилось и в моем мире. А если нет? Я должен буду искать справедливость!

– А я буду ждать тебя!

Губы влюбленных слились в жарком поцелуе. Руслан почувствовал головокружение и закрыл глаза. Он перестал ощущать тепло рук княгини Зеленых Холмов на своих плечах. Кроме того, изменилось что-то едва уловимое, то, что нельзя было назвать словами. И это «что-то» подсказывало Руслану: сила, которой он не мог противостоять, выбросила его за пределы Зеленых Холмов.

Очень не хотелось убеждаться в этом воочию, но Руслан все-таки открыл глаза. Он лежал на кровати в комнате сестры. Вместо рушника сжимал с руках лист бумаги с акварелью, изображавшей Зеленые Холмы. Неужели все было только сном?

Поднеся рисунок к глазам, Руслан заметил едва заметные изменения в неоконченной его части. Лес выглядел теперь иначе, но это еще ни о чем не говорило. Если он способен видеть настолько реальные сны, то вполне мог сам закончить картину и забыть об этом.

Руслан встал с кровати, подошел к зеркалу и радостно улыбнулся. Особого повода для веселья не было. На Говорчука смотрел молодой, но очень уставший и совершенно седой человек с тремя едва зарубцевавшимися длинными ранами на груди.