|
Утром вас хотели арестовать, судить и, быть может, – кто знает? – приговорить к смертной казни; ведь вы, чтобы спасти себя, не признались бы, где вы были, не правда ли? — Сказать, где я был? – воскликнул Ла Моль. – Выдать вас, мою прекрасную королеву! О, вы совершенно правы: я умер бы, распевая песни, ради того, чтобы ваши прекрасные глаза не уронили ни одной слезинки! — Увы, несчастный граф! Мои прекрасные глаза плакали бы горько! — Но почему же утихла эта гроза? — Догадайтесь. — Откуда же мне знать? — Была только одна возможность доказать, что вы не были в комнате короля Наваррского. — Какая? — Сказать, где вы были. — И что же? — Я и сказала. — Кому? — Моей матери. — И королева Екатерина… — Королева Екатерина знает, что вы мой любовник. — Ваше величество! После того, что вы для меня сделали, вы можете требовать от меня, вашего слуги, чего угодно! Маргарита, ваш поступок воистину прекрасен и велик! Маргарита, моя жизнь принадлежит вам! — Надеюсь: ведь я вырвала ее у тех, кто хотел отнять ее у меня. Но теперь вы спасены. — И спасен вами! Моей обожаемой королевой! – воскликнул молодой человек. В это мгновение громкий треск заставил их вздрогнуть. Ла Моль, охваченный безотчетным страхом, отпрянул. Маргарита вскрикнула и замерла на месте, неотрывно глядя на разбитое окно. Камень величиной с яйцо пробил стекло, влетел в комнату и покатился по паркету. Ла Моль тоже увидел разбитое стекло и понял, почему раздался такой треск. — Кто этот наглец? – крикнул он и бросился к окну. — Одну минуту, – сказала Маргарита. – По-моему, к этому камню что-то привязано. — В самом деле, что-то, похожее на бумагу, – заметил Ла Моль. Маргарита подбежала к странному метательному снаряду и сорвала тонкий листок бумаги, сложенный в узенькую ленточку и опоясывавший камень. Бумага была прикреплена ниткой, кончик которой уходил за окно сквозь пробитую дырку. Маргарита развернула письмо и прочла его. — Ах, несчастный! – воскликнула она и протянула записку Ла Молю, бледному и неподвижному, стоявшему, как статуя Страха. Со сжавшимся от тяжелого предчувствия сердцем Ла Моль прочитал следующие строки: «В коридоре, который ведет к герцогу Алансонскому, длинные шпаги ждут господина де Ла Моля. Может быть, он предпочтет выпрыгнуть из окна и присоединиться в Манте к де Муи…». — Э, их шпаги не длиннее моей! – прочитав записку, сказал Ла Моль. — Да, но их может быть десять против одной! — Но кто мог прислать записку? Кто этот друг? – спросил Ла Моль. Маргарита взяла ее у молодого человека и внимательно посмотрела на нее горящими глазами. — Почерк короля Наваррского! – воскликнула она. – Если предупреждает он, значит, действительно есть опасность! Бегите же, Ла Моль, бегите, прошу вас! — А как мне бежать? – спросил Ла Моль. — В окно! В ней же говорится – из окна! — Приказывайте, моя королева, я готов повиноваться, я прыгну, хотя бы мне двадцать раз предстояло разбиться! — Постойте, постойте! – сказала Маргарита. |
