— Вот! — крикнул Мерек, заметив что-то, и бросился туда, расстояние между нами увеличилось. Я сделала так же, чуть не крича, заставляя измученное тело набрать скорость.

И тут я подвернула ногу и споткнулась. Я ощутила, как рвется кожа на ладонях, пока я пыталась защититься руками. Колени приняли удар, я проехала из-за набранной при беге скорости, ободрала колени под штанами и закрыла глаза и рот, чтобы защитить от грязи и камней.

Собаки звучали еще громче.

Я оглянулась и впервые увидела в тени собак, бегущих у земли, бегущих ко мне.

Мерек поднял меня, обхватил рукой мою талию. Я пыталась двигаться, но нога болела, колени болели, руки жгло.

— Просто иди, — сказала я ему.

Он подхватил меня на руки, пыхтя от моего веса.

За его плечом я видела мех собак, пестрый, потрепанный, их зубы сверкали, когда они лаяли друг другу, догоняя нас. Я повернулась вперед и увидела что-то сияющее, серебряное — воду. Мы должны были успеть.

Что-то ударило по нам сзади, и я вылетела из рук Мерека и упала в нескольких футах от края воды. Мерек лежал на груди, одна из собак была на его спине, терзала сумку. Вылетала еда, но собака игнорировала ее, пыталась добраться до человека под сумкой.

Он поднял голову, в его глазах был ужас.

Он не ладил с ними.

Я встала, шатаясь, на ноги, и нащупала за собой камень.

Я бросила первый в собаку изо всех сил и промазала. Но следующий попал по боку с влажным шлепком, собака зарычала и посмотрела на меня. Она оскалила зубы и низко зарычала.

И хотя мои ноги превратились в желе, я бросила третий камень, за ним четвертый, сначала не попав, ведь собака уклонилась, но зато следующий попал по голове. Собака удивленно заскулила, спрыгнула с Мерека и направилась ко мне.

Я глубоко вдохнула и бросилась спиной вперед в воду. Морда собаки была в дюймах от меня, когда я врезалась в воду, воздух вылетел из легких. Мир вокруг меня почернел, на миг я не смогла понять, где верх, а где низ. Вода была холодной, давила, ладони и колени жалило, где я повредила кожу, где была кровь. Я кружилась, пыталась успокоиться, но пузырьки не давали ничего увидеть, я начала тонуть. Я была слишком тяжелой. Плащ, сапоги. Их придется оставить.

Во мне росло желание вдохнуть, появилась паника, сердце колотилось.

«Думай!» — велела я себе.

Я сняла сапоги и бросила в мутную воду. А потом замерла, игнорируя просьбу легких о воздухе, открыла глаза и попыталась увидеть плащ. Я уловила его край надо мной, поплыла туда и вынырнула. Я тут же отцепила плащ от горла и смотрела, как он уплывает.

Я хватала ртом воздух, огляделась и увидела Мерека в пятнадцати футах от места, где я вынырнула, и я поплыла к нему, борясь с течением, вода казалась теплее, я привыкала к ней. Я оказалась ближе и увидела, что Мерек ползет к реке, собака была мертва, его нож торчал из ее головы. Через миг облегчения я позвала его.

А потом из тумана появились еще две собаки.

— Мерек! — завизжала я, но они с рычанием прыгнули вперед, одна рухнула на его спину, другая впилась в его ногу.

Его крик был высоким, нечеловеческим. Он все еще пытался двигаться к воде, локти впивались в землю, а собака на его спине схватила зубами его плащ и начала крутить головой.

Мерек двигался из-за этого, вопил, как пойманный заяц, и я не могла вынести этого. Я плыла к нему, но поток отгонял меня. Он посмотрел на меня, и я увидела, как он сдался. Я увидела момент, когда он решил перестать сражаться, и это наполнило меня яростью.

Я бросилась вперед, ужас и гнев гнали меня на берег, где я заметила еще больше камней. Я впилась пальцами левой руки в берег, как якорем, использовала воду, как рычаг, и поплыла вверх, схватила камень справа и ударила пса в челюсть. Он отпустил плащ Мерека и зарычал мне в лицо, но я ударила снова, смотрела, как кровь вылетает из носа собаки.