— Я так и думал. Поэтому, получив вашу записку, я не стал вас сразу вызывать. Я поручил проверить каждую её цифру, каждую дату, каждую ссылку моей личной службой внутреннего аудита. Людьми, которых не купить и не запугать. И всё… — он ударил костяшками пальцев по столешнице, — подтвердилось. Улики собраны на редкость профессионально, выводы безупречны. Я не стану спрашивать, каким образом и откуда вы это добыли. В данном случае важен лишь результат. А он, бесспорно, есть.

Он поднялся с кресла. Он был невысокого роста, но в тот момент он показался мне исполином. Его фигура заслонила собой панораму города за окном.

— И я оценил ваше благородство. Которое, впрочем, предвидел, изучая ваше досье. Поэтому, раз вы ничего не просите… я попрошу сам.

Он сделал паузу, давая этим словам повиснуть в воздухе, наполниться весом и неотвратимостью.

— Место Такаши Амано опустело. Пусть даже временно, пока не уляжется пыль от этого скандала. И я хочу, чтобы его заняли вы.

Моё дыхание перехватило. Мир на секунду поплыл, пол ушёл из-под ног. Гул в ушах стал оглушительным.

— Но… я ничего не понимаю в системной безопасности… — едва выдохнул я, чувствуя, как предательская дрожь пытается пробраться в голос. — Моя специализация — логистика, операционное управление…

— Не говорите ерунды, — он мягко, но непререкаемо парировал, сделав шаг вперёд. — Вы уже доказали обратное. Вы мыслите, как стратег, действуете как следователь и обладаете чутьём на системные угрозы. Вы видите, не отдельные деревья, а весь лес и тлеющие в нём угли. Это и есть настоящая безопасность. Всё остальное — технические детали, которым можно научиться. Людей, которые научат, я вам предоставлю.

Он подошёл ко мне вплотную. Его взгляд был теперь не тяжёлым, а пронзительным, рентгеновским, видящим насквозь.

— Я понимаю, что вам требуется время на раздумья. Я даю его вам. — Он повернулся и прошёл к окну, глядя на свой город. — Но, прошу… не затягивайте с ответом. — Он обернулся, и на его губах снова появилась та же всеведущая улыбка. — Я ведь и так уже прекрасно понимаю, что вы согласитесь. Ибо другой дороги для вас больше нет. Вы перешли Рубикон, Канэко-сан. Осталось только взять в руки меч и стать императором.

Он слегка кивнул, показывая, что аудиенция окончена. Мне оставалось только молча поклониться в ответ и выйти в звенящей тишине его кабинета. Дверь закрылась за мной с тихим щелчком, окончательно отсекая меня от прошлой жизни.

Глава 28

Каору не просто изучал последний лист — он буквально жил им. Целую неделю он пропадал в лаборатории Vallen допоздна, окружённый грудой исписанных формулами листов и экранами, проецирующими криптографические алгоритмы. Он буквально выгрызал смысл из каждого символа в дневнике. На первую субботу, на традиционное чаепитие с его бабушкой, он явился с помятым видом и тёмными кругами под глазами, но с огнём одержимости в взгляде. Он еще не мог меня ничем порадовать, хотя уже с уверенностью заявил, что отдельный лист, в самом конце «дневника», посвящён не открытию, а своего роду его последней воле.

— Это не продолжение расчётов, Канэко-кун, — прошептал он, отведя меня в сторону, пока Кийоко наливала чай. — Это скорее завещание, зашифрованное завещание. Вот что он спрятал.

Даже по почерку можно было с уверенностью сказать, что эта часть писалась в лихорадочной спешке, ручка местами прорвала бумагу, строки плясали и наезжали друг на друга, однако содержимое последней главы было для Каору всё ещё за семью печатями. Формулы и уточнения на первый, и на второй, и на пятый взгляд не имели никакого привычного научного смысла, напоминая скорее бред сумасшедшего гения, но молодой учёный отчаянно пытался разобраться в первую очередь с этой частью блокнота.