Над ипподромом повис дым от сигарет и запах пролитых напитков. Двое мужчин в дальнем ряду схватились за грудки, споря о фотофинише, но их крики потонули в рёве сирен — скорая увозила старика, чьё сердце не выдержало натиска азарта. Подросток лет пятнадцати, затерявшийся в толпе, поднял выброшенный кем-то смятый билет и сунул его в карман, очевидно, как талисман на будущее. Его глаза блестели не слезами, а странной решимостью: «В следующий раз я выиграю».

Снова мир вокруг меня окутало словно пузырем, картинка в глазах на миг ушла в черный фон, и по ушам ударил хлопок.

Возврат на «точку сохранения» прошел на удивление гладко. Меня мутило, голова кружилась, но это было ничто по сравнению с первыми отходняками. Время пошло на минуты, даже я бы сказал, на секунды.

— Тень, Молния, Дракон, Голубь, — как мантру, бормотал я себе под нос, — Тень, Молния, Дракон, Голубь.

Только бы не сбиться, подумал я, и раздался негромкий зуммер. Приложение ипподрома с радостью уведомило о том, что до закрытия ставок на ближайший забег осталась ровно одна минута. Быстро нажимая на автомате кнопки, я проставлял очередность. Три или четыре лошади заявить? В этот раз я решил посоветоваться с внутренним голосом.

«Ставь и вали!» — грубо ответил он, и я невольно закрутил головой по сторонам. Возле одного из входов я заметил уже знакомую мне парочку товарищей — тех самых бестолковых дуболомов, которые пытались меня задержать на вокзале. Какого лешего? Как же быстро они меня нашли! Хотя нет, пока еще не нашли. А значит можно снова по-тихому свалить.

Таймер отсчитывал последние секунды перед закрытием пари на этот забег, и я, глядя одним глазом на автомат, а другим — на «двойняшек», судорожно жал на кнопки.

— Тень, Молния, Дракон, Голубь, — как скороговорку декламировал я, оформляя пари.

Мое итоговое нажатие практически совпало с уведомлением «Ставки приняты. Удачи в следующем забеге». Главное, что моя ставка прошла и я вздохнул с облегчением.

Теперь можно аккуратно покинуть кассовую зону, что я незамедлительно и сделал. Подниматься на трибуны я не стал, какой смысл смотреть повторно на это шоу? Теперь уже знакомый рев известил меня о финишировании. Озираясь по сторонам, я вернулся в расчетный центр. Подойдя к освободившемуся окошку, я протянул билет со ставкой кассиру.

— Будьте добры, — сказал я, подсчитывая в голове, сколько я сейчас получу.

— Одну минуту, я позову администратора ипподрома, — поклонившись, молоденькая японка с низкого старта ускакала от меня прочь. Неприятный холодок прошел по моей спине, неужели я где-то обсчитался? Буквально через минуту кассир вернулась с солидно одетым японцем среднего роста (для местных, естественно) и возраста, который с самого порога начал благодарить меня за посещение ипподрома.

— Уважаемый, — он сделал паузу и посмотрел на меня.

— Канэко-сан — холодно произнес я, озираясь по сторонам, в поисках моих «нянек».

— Канэко-сан, я Вас поздравляю, — торжественно произнес он, — угадать полную последовательность, получить, по сути, максимальный коэффициент на проходных скачках, и такой весомой суммой расплатиться.

Кажется, я вконец потерял нить разговора, он упорно не желал отвечать на мои вопросы. Значит возьму быка за рога.

— Извините, я могу получить деньги? — с раздражением бросил я ему в лицо.

— Конечно, — засуетился менеджер. — Просто платежи на такие суммы оформляются только управляющим. Он сейчас подойдет, а пока прошу вас пройти вон в тот угловой кабинет.

Так, что здесь происходит наконец? Голова раскалывается, содержимое желудка просится наружу, в глазах круги и это самое меньшее, что я сейчас чувствовал после возврата на точку.