- Он вас любил, гадал, что же с вами случилось. Боялся, что ваша мать настроит вас против него.

- Она старалась, но в конечном счете ничего не вышло. Не могу сказать, что ставлю ей это в вину.

- Вы действительно не вините ее?

- Почему я должен ее винить? Он возненавидел ее за те, что она его бросила. Он никогда не пытался связаться с нами.

- Почему она ушла от него, Джонни? - Ее манеры постепенно приобретали все большую интимность, и мне становилось не по себе. - Он не сказал мне об этом, - добавила она.

Пока разговор целиком развивался согласно ее пожеланиям, и она предпочла сентиментальную тональность воспоминаний.

Я выбрал другую:

- Потому что он был бабник.

Казалось, это ее не шокировало и не расстроило. Она откинулась назад на своем низком кресле и вытянула руки над головой. Ее наполненное жизнью, волнующее тело напоминало в этой застывшей комнате змею, которая в наглухо закрытой могиле питается мертвечиной. Она сказала мягким вопрошающи голосом:

- Вы, видно, знали, как вести себя, когда вам было двенадцать лет.

Она опустила голову на спинку кресла и посмотрела на потолок, казалось погрузившись в мечты о своей власти и прелести. Можно дотянуться до ее тела и попользоваться им, как созревшим плодом, свисающим с дерева, подумал я. Но ведь она была моей мачехой, и это значило бы пойти на кровосмешение. К тому же я ненавидел ее.

Самым непринужденным голосом я спросил:

- Что же случилось с Дж. Д.?

Она подняла голову, ее темные, волнующие глаза посмотрели на меня.

- Его застрелили на улице. Неизвестно, кто это сделал. Это было ужасно. Не уверена, что смогу говорить об этом. Даже теперь. - Ее голос смолк.

- Вы, должно быть, очень его любили.

- Я по нему сходила с ума, - сказала она глухо. - Он был единственным настоящим мужчиной в моей жизни. - Теперь она сидела прямо. Белые руки на подлокотниках кресла и венец волос придавали ей вид трагической королевы.

- Не был ли он староват для вас?

Она изучала меня какое-то время и решила, что я ни на что не намекаю.

- Некоторые так думали, - ответила она с вызовом, - но я так не считала. У Джерри был секрет вечной молодости.

- Но не вечной жизни. Впрочем, собственность продолжает существовать. У него осталось много имущества, не так ли?

Я ей подбрасывал не те вопросы, и она пришла в некоторое замешательство.

- Что вы имеете в виду? Конечно, он хорошо меня обеспечил.

- Это прекрасно. Должно быть, это так же хорошо, как если бы он продолжал жить.

Она собралась с новыми силами и отошла на прежнюю линию обороны.

- Джонни, неужели вы меня ненавидите? У меня не было ни малейшего представления о том, что содержится в его завещании, до его смерти. Я знаю, что вам выпала незаслуженно горькая доля.

- Он не умер. Его застрелили. Это ему выпала горькая доля. Есть ли у вас представление о том, кто его застрелил?

- Откуда?! - Она скорчила рожицу, как маленькая девочка, поджав губки бутончиком. - У него, должно быть, были враги, Джонни. У него было столько разных деловых предприятий...

- Значит, вы думаете, что это было убийство, связанное с бизнесом? Кого вы имеете в виду?

Вопрос ее испугал. Ее белое лицо осталось неподвижным, но все тело напряглось.

- Никого. Я мало знаю о его делах.

- Давали ли вы объявление о награде за поимку убийцы?

- Нет, не давала. Мне посоветовали не делать этого.

- Кто посоветовал?

- Не помню. Один из его друзей, по-видимому. Говорили, что полиция хотела бы получить возможность спокойно провести работу по этому делу.

- Они действительно поработали спокойно. Это дело прикрыли так тихо, что можно подумать, будто все оглохли.

- Думаю, полиция сделала все возможное, Джонни. Инспектор Хэнсон занимался этим делом в течение многих недель.