|
Мы оказались в небольшой комнате, загроможденной мягкой мебелью, с двумя окнами французского типа и газовым камином у третьей стены. Он усадил меня на обитый мохером диван, а сам устроился в таком же кресле напротив меня. Комната была не более уютной, чем выставка в витрине мебельного магазина, но зато теперь хозяин пытался вести себя более дружелюбно. Его удлиненное лицо изобразило улыбку, которую легко было принять за гримасу боли.
- Итак, вы - Джон? Я помню, вы вечно ходили за Дж. Д., когда были малышом. Я тогда работал на мотоцикле.
- У вас неплохо шли дела, - заметил я.
Он окинул комнату взглядом, в котором сквозило мрачное самодовольство.
- Да, в прошлом году я получил повышение и стал инспектором.
- Кому вы обязаны этим?
- Руководству полицейского управления. А кому, вы думали?
- Я так понимаю, что вас повысили не за работу по расследованию убийства моего отца.
Он подался вперед и быстро выпалил, горячо, как одержимый:
- Вы ничего не добьетесь, околачиваясь тут и бросая мне в лицо такие намеки. Мне нравился Дж. Д. Я всеми силами старался раскрыть это дело.
- Всем нравился Дж. Д., за исключением, возможно, только моей матери. И кого-то, кто пристрелил его на улице. И, возможно, еще нескольких людей, которые покрывали человека, застрелившего его.
- Не знаю, каких рассказов вы наслушались, - буркнул Хэнсон.
- Мне ни черта не рассказывали. Вот в чем беда. Я даже не знаю, что же с ним произошло.
- Но вы только что сказали...
- Я сказал вам то, что услышал случайно в баре. Как он был убит?
- Вы хотите услышать об этом в деталях?
- С мельчайшими подробностями, которые вам известны.
Он откинулся в кресле и сложил перед собой кончики пальцев, изобразив арку. Его рассказ прозвучал легко и точно, как отрепетированные свидетельские показания.
- В него стреляли примерно в шесть тридцать пять вечера третьего апреля сорок четвертого года, когда он возвращался домой из гостиницы. Стреляли в квартале от Мэйн-стрит, на углу улиц Клири и Мэк. Было произведено два выстрела. Почти одновременно, по показаниям свидетелей. Обе пули попали ему в голову и пронзили мозг. Он умер мгновенно.
- Видел ли кто-нибудь убийцу?
- Это одно из обстоятельств, которое мне мешало. Никто его не видел. Убийство из засады, которое было заранее хорошо спланировано, и для убийцы был подготовлен побег. Помните старое здание Мэк?
- Нет. Расскажите мне о нем.
- Находится на углу улиц Клири и Мэк с выходами на обе улицы. Дж. Д. проходил около этого здания каждый день примерно в одно и то же время, направляясь домой с работы. Человек, который в него стрелял, должен был об этом знать, потому что ждал у окна, на втором этаже здания Мэк. Окно расположено примерно на высоте четырнадцати футов над уровнем земли. Когда Дж. Д. приблизился, убийца высунулся из окна и несколько раз выстрелил в него сверху. Во всяком случае, такова моя гипотеза. Она подтверждается траекторией пуль.
- Чье это окно?
- Ничье. Помещение пустовало. Раньше там был кабинет зубного врача. После мы выяснили, что дверь была открыта фомкой; на пыльном подоконнике остались следы, показывающие, что кто-то на него облокотился.
- Отпечатки пальцев?
- Нет, я сказал вам, что все было хорошо спланировано. Убийца сделал два выстрела, закрыл окно и удрал на улицу через другой выход. К тому времени почти все офисы были закрыты, и никто его не видел. Возможно, его ждала машина у выхода на улицу Мэк. Во всяком случае, ему удалось скрыться.
- И это все, что вам удалось установить за два года?
- Еще одна деталь. Мы нашли оружие, которым пользовался убийца, и установили, кому оно принадлежало. Револьвер "смит-и-вессон". Мы нашли его в канализации на улице Мэк. Оказалось не так уж трудно проследить его принадлежность. Дочь первоначального покупателя, некоего Тигардена, продала его Кауфману, торговцу подержанными вещами. |