— Скажешь, куда они пошли — получишь ещё, — сказал я.

— Да я за так скажу. Вон туда пошли куда-то, а точнее не знаю, — указал нищий. — Песню горланили ещё. Про испанских девок. Часа полтора назад, наверное, не помню уже.

Я коротко усмехнулся.

— Ну, бывай, не хворай, — сказал я.

— Спаси Христос, — ответил калека.

В той стороне, куда указал Грегори, находился один из кабаков, в котором мы уже бывали. Я направился прямо туда. Ещё одна верноподданническая таверна с лилиями, коронами и всеми прочими атрибутами, символизирующими закон и порядок, и в которой при этом творятся довольно тёмные делишки, находящиеся далеко по ту сторону от этого самого закона. Но это всё были мелочи, главным было то, что хозяин там почти не разбавлял алкоголь и неплохо кормил. Всё остальное — ерунда.

Часть таверны была внутри деревянного здания, часть — снаружи, под навесом из пальмовых листьев. Там я их и нашёл, флибустьеры культурно выпивали, горланя похабные песенки. Здесь я насчитал полтора десятка своих людей, остальные были неизвестно где, но это уже что-то. Моё появление было встречено слитным одобрительным рёвом, мне тут же сунули в руки стакан рома, усадили за стол.

Я будто нырнул из спокойного провинциального Бастера в лихой и отчаянный параллельный Бастер с чадом кутежа и бесконечными гулянками. Мы выпили, потом ещё, и ещё, в голове зашумело, общее веселье захватило и меня тоже. Отовсюду слышался искренний смех, шутки, песни. Пираты развлекались, снимали стресс, позабыв о своём кровавом ремесле.

— Что нового, капитан? — спросил меня Эмильен.

Хотелось поделиться всеми новостями, возможно, даже спросить совета у бывалого буканьера, но рассказывать всё прямо здесь и сейчас, в оживлённой таверне, где у стен точно есть уши, я посчитал опрометчивым и глупым. Я был ещё не настолько пьян, чтобы выболтать всё, что у меня на уме.

— Всё по-старому, дружище, — улыбнулся я. — Видишь, пьём, отдыхаем. А у тебя?

— Ровно то же самое, — ухмыльнулся он.

— А где мистер Келли? Странно, что он не пьёт со всеми, — спросил я.

Эмильен махнул рукой в сторону другой части таверны, что находилась за деревянной стеной.

— Они там пьют. Новичков ещё набирать хотели, как обычно, — сказал он.

А вот это нам не надо. По крайней мере, здесь и сейчас.

— Пойду проведаю, кого они там вербуют, опять небось головорез на головорезе, — сказал я.

— А это разве плохо? — воскликнул кто-то из-за стола.

— Наоборот, очень хорошо! — рассмеялся я.

Я поднялся и прошёл внутрь, в мерцающий полумрак прокуренной таверны. Там происходило всё то же самое, что и снаружи, с одним небольшим отличием. Вместо песен звучали байки о наших похождениях, обильно приукрашенные замысловатыми выдумками.

— …а того испанца мы просто повесили! Сплясал на рее, понимаешь, да? А внизу — полный трюм какао! — распинался Шон, активно жестикулируя и размахивая стаканом.

— Про келаря расскажи, — произнёс я, приближаясь к его столу.

Все обернулись ко мне, и мои подчинённые, и местные забулдыги. Изучающие, любопытные взгляды.

— А вот и наш капитан! — воскликнул Шон. — Я вам про него рассказывал! Ну что, хотите послужить под началом удачливого корсара?

Местные заворчали что-то вразнобой, но в целом звучало это скорее одобрительно, и можно было расценить как знак согласия. Вот только на этот раз я был против. Категорически. И хоть эти люди на вид казались бывалыми моряками и храбрыми бойцами, но я всё равно предпочёл бы набрать пополнение где-нибудь в другом месте, пусть даже оно будет целиком состоять из желторотых юнцов, не знающих, с какого конца взяться за саблю.