Додумать мысль я не успел. Девушка глухо застонала и открыла глаза. Нормальные. Человеческие. Я невольно выдохнул. Отпустил её запястья, отодвинулся в сторону и откинулся на подушки. Мать вашу, ну и побудочка.

Айлин снова глухо застонала, затем осторожно коснулась лба, посреди которого уже начинал наливаться лиловый синяк. Закусила губу, но не смогла сдержать болезненный стон. Вопросительно посмотрела на меня. Я прикрыл глаза.

— У тебя опять это случилось.

— Приступ? — голос девушки нервно дрожал. Тяжелый, вязкий кошмар, перемешавшийся с болезненным пробуждением ещё не отпустил её.

— Угу, — кивнул я, тоже невольно потирая лоб. Похоже сегодня мы оба будем чрезвычайно «красивыми», — Надо бы что-то с этим уже сделать. Они становятся всё чаще и чаще.

— Еслиб я знала, что, — девушка тяжело вздохнула и немного помолчала, о чём-то задумавшись. Затем всё-же добавила, — После того, как это однажды выпустишь, его уже не запихнуть обратно. Оно… становится частью тебя. И медленно, но неотвратимо растёт, поглощая всё остальное. Иногда мне кажется… Что то, чем я тогда стала в замке — и есть моё истинное лицо. А это — лишь часть маски, которой я пытаюсь убедить себя и окружающих в том, что всё в порядке. Не знаю, есть ли нечто подобное у тебя, но если вдруг обнаружится — постарайся не выпускать это. Потом это кровавое безумие удержать не получится.

По моей спине пробежали мурашки. Нет, не потому что в комнате вдруг стало холодно. Просто я уже слышал эти слова. В одном из своих снов. Вот только сны те не сулили нам в будущем ничего хорошего. Лишь пламя, кровь и смерть. И, похоже, они потихоньку начинали сбываться. Быть «пророком» тоже своего рода проклятие. Ты знаешь, что будет дальше, но не можешь сделать ничего, чтобы это изменить. Впрочем, так может только казаться.

Я осторожно подвинулся ближе. Коснулся плеча девушки. Обнял. Она нервно вздрогнула, но не отстранилась. Едва слышно всхлипнула

— Всё-всё, тихо… — я осторожно прижал её к себе, — Мы со всем справимся. И с этим тоже. Найдем способ. Или тех, кто отыскал его до нас.

— Во сне… — девушка отстранилась и тыльной стороной ладони вытерла навернувшиеся слёзы, — Там была тварь и… Она пыталась украсть моё лицо.

— Знаю, — я кивнул. Немного помолчал, сел на край постели и добавил, — Тоже видел эту хрень. И тоже не мог ничего сделать — ни убежать, ни дать сдачи. Но это был всего-лишь сон. И он уже закончился.

— Не думаю, что это был просто сон, — девушка тоже села на край постели и достала из тумбочки небольшое зеркальце. То самое, которое я одолжил у Алерайских пиратов, — Скорее послание. Мол, даже не думайте в урочище лезть. Иначе там и останетесь.

— Может и так, — я взял со спинки стула штаны и принялся их натягивать. Сил на постельный спорт в последнее время не было ни у меня, ни у Айлин, так что и шмотки поутру не приходилось собирать по всей комнате, — Но говорит это лишь об одном — тварь, что засела в центре урочища сама боится нас. Боится, что у нас всё получится. Боится, что мы доберёмся до башни и затолкаем ей зубы в глотку до самой задницы.

— В таком случае, чем быстрее мы с ним покончим, тем лучше, — резюмировала девушка.

— Ага, — хмыкнул я, — может хоть тогда у нас получится нормально поспать.

Глава 4

«Третья сила»

Отряд покинул крепость далеко за полдень. Сборы заняли гораздо больше времени, чем я предполагал. Пока собрали все пожитки, пока загрузили телеги… Ещё и ось у одного фургона сломалась под тяжестью наших пожитков.