Гуру насмешливо взглянул на старика:

— Интересно, из какой это священной книги, брат мой?

Служитель удивился:

— Каждому из нас хорошо известно, что Священных Книг всего четыре. Хотя некоторые упорно считают, будто до великого пожара на прибывшем Священном «Инвенесском ковчеге» было целое множество Священных Книг, которые пропали или в огне, или в течение туманных лет. Кое-кто продолжает устраивать церемонию скорби над утратой человечеством Священных Книг, однако другие находят мудрость в следующем:

Перст медленно выводит письмена

И дальше движется. Вся ваша набожность иль разум

Не смогут заманить его назад, чтоб полстроки стереть.

Всех ваших слез не хватит, чтоб смыть одно лишь слово.

Очевидно, гуру не утратил чувства юмора. Улыбнувшись, он сказал:

— Брат мой, существовало много священных книг, и, наверное, в каждой было что-то хорошее. Однако теперь, с последней аватарой Бога Вишну, все религии должны объединиться в одну и все священные книги имеют разве что историческую ценность. Возможно, когда-нибудь нам выдастся свободная минутка, чтобы поспорить о некоторых из них. Но, как я уже говорил, интерес к ним преходящ, брат мой.

— Я тебе не брат, мы даже не в родстве, — с негодованием возразил Бертран из клана фаулеров. — И говорить так о Священных Книгах нельзя. Это нарушает запрет! Хотя с годами мои глаза не позволяют мне лицезреть Священные Книги, в прошлом я так

часто читал их, что они запечатлелись у меня в памяти.

Кивнув, гуру пристальнее вгляделся в собеседника.

— Катаракта, — пробормотал он, а затем продолжил: — Брат мой, само положение обязывает тебя стать первым, кто позволит Господу Кришне вмешаться в твою судьбу. Ты снова будешь читать — самое позднее, завтра.

Беззвучно открывая и закрывая рот, старый служитель недоуменно уставился на гуру:

— Я… неужели я вновь смогу читать?

— Да, — просто ответил тот и огляделся. — Как только мы расположимся на постой, я тотчас же призову от твоего имени Господа Кришну.

Выступив вперед, Томас из клана полков заметил:

— Но мы еще не проголосовали о том, как вас принимать, пришельцы из Другого Мира. Впрочем, как путешественников мы приглашаем вас остаться у нас как минимум на три дня, хотя в прошлый раз посетившие Абердин ваши сородичи злоупотребили нашим гостеприимством.

Джон из клана хоков обратился к Хармону, на лице которого, как всегда, блуждала усмешка:

— В тот раз, мистер из клана хармонов, вам предоставили мою квартиру в доме хоков. Хотя сейчас вы мой кровный враг, как сказал вождь, вы путешественники и потому имеете право гостить три дня. Если пожелаете, моя квартира снова к вашим услугам.

Хармон отвесил шутливый поклон, а затем повернулся к гуру:

— Обычная квартира, не хуже других. Я пошлю людей за вашей передвижной клиникой… э-э, то есть вашей святыней.

Гуру слегка нахмурился, однако лишь мягко заметил:

— Пагоде, сын мой, совершенно безразлично, что ее окружает. Она там, где сердце последователя Господа Кришны.

— Разумеется, — сухо бросил Хармон и вернулся на самолет.

Джон направился туда, где сидели вожди. Среди них был и Дон. Джон кивком отозвал его в сторону— удивленно подняв брови, друг последовал за ним.

Когда они отошли подальше, Дон спросил:

— Скажи мне на милость, зачем ты предложил этому недоноску свою квартиру?

— Скоро поймешь, — буркнул Джон. — Много лет назад я случайно узнал о планах этих проходимцев. Сейчас мы не будем надеяться на случайность. Надо торопиться — когда пришельцы войдут в квартиру, думая, что одни там, то наверняка заговорят о цели своего прибытия.