— Джейкоб, Джейкоб, Джейкоб, — пропел он с грустью, все еще улыбаясь. — Как приятно свидеться с тобой, Джейк. Присядь. Принеси ему, на что сесть, Брюси.

— Нет, спасибо, Кори, — ответил я. Брюси, кстати, даже не пошевелился. — Я лучше постою. Что ты задумал?

— Господи, совсем ничего, — удивленная невинность. Он очень хорошо изображал это, но немного переигрывал. Нервничал, что ли? — Вовсе ничего я не задумал. Просто радуюсь хорошему завтраку в хорошем ресторане. Правда, я был немного разочарован, когда ты и твоя дама не присоединились к нам, вот и все. Джейк, честное слово, тебе надо все-таки соблюдать правила светского тона хотя бы время от времени. Я понимаю, конечно, что у тебя есть обаяние этакого необработанного алмаза и он тебе весьма помогает, особенно с девочками, но когда ты видишь друга, который обедает в том же самом зале, ну, знаешь…

Он милостиво мановением руки отбросил тему.

— Но меня не так легко обидеть. Ты, наверное, спешишь? Правильно? Выпал из графика?

— Не люблю смотреть на блевотину, когда ем, только и всего.

Его это даже не задело. Он ухмылялся во время весьма щекотливой паузы в разговоре, потом сказал совершенно невозмутимо:

— У тебя есть определенная прямота высказываний, Джейк, которой я восхищаюсь, но это замечание было уж слишком резким. И грубоватым. Тебе не кажется? Но… в конце концов я сам виноват — не надо было с тобой разговаривать.

— А ты пытался это сделать?

— Ну, я тебя немножечко поддразнивал, если быть честным. Но мне действительно надо поговорить с тобой, Джейк. Мне кажется, нам наконец надо все выяснить.

— И о чем же это нам разговаривать? — теперь настала моя очередь вести себя противно.

— О кочанах, о королях, как в детской песенке, Джейкоб, — он расплывчато помахал рукой, словно имел в виду всякие материи во вселенной. — Обо всякой всячине вообще…

— Угу. Но во всем многообразии проявления жизни во вселенной есть определенные вещи, которые тебя, очевидно, волнуют больше остальных.

— Совершенно верно, — постоянная улыбка стала необыкновенно благостной. — Ты уверен, что не хочешь сесть, Джейк?

— Забудь об этом.

— Замечательно, — он зажег тонкую маленькую сигаретку, завернутую в ярко-розовую бумажку, выдул на меня дым. Аромат был очаровательный, как у духов.

— Почему бы нам не слить наши соответствующие фирмы? Да-да. Пожалуйста, Джейк, не разевай рот так широко. Челюсть отвалится на тапочки, а поломойки тут станут использовать ее вместо совка. Гильдия Звездных Толкачей и Трансколониальная Ассоциация водителей-собственников. Вместе. Через черточку, а если хочешь, можно придумать всем вместе новое имя. Мне все равно. Зачем нам продолжать эту войну? Она НЕВЫГОДНА, разрушительна, конкурентна… и, честно говоря, я уже порядком от нее устал, — улыбка исчезла, а на ее место явилось выражение ИСКРЕННЕЙ ОЗАБОЧЕННОСТИ. — Союз в браке — вот что я предлагаю.

— Ах, Кори. Это так неожиданно… поговори с мамой-папой…

Морда его снова раскрылась в улыбке, как стручок.

— А знаешь, не такой уж ты неотесанный, как прикидываешься, Джейк. Как только мы сходимся вместе, мне страшно нравится перекидываться с тобой шуточками. Парирование выпадов, остроты, любовно отточенные шпильки… — он моргнул. — Но я серьезно говорю.

Я стоял возле его стола, не в силах решить, что мне сделать: просто плюнуть, повернуться и уйти, или пройти с ним все этапы разговора. Я никак не мог понять, за каким чертом ему все это надо.