Конечно же, пускать нас внутрь никто не собирался. Во всяком случае, без боя.

Поэтому, стоило нам только приблизиться, как недобитые охотники вновь поперли вперед.

В этот раз они сражались еще более яростно и остервенело, чем в прошлый раз.

Вот только теперь мы были готовы к их появлению, и потому не оставляли ни единого шанса.

Собственно, опасность охотников как раз и заключается в том, что ты не ждешь их появления. Ты не присматриваешься к окружению, не ищешь то странное марево, которое является их маскировкой. Если же ты уверен, что противостоять тебе будет охотник, то ведешь себя совершенно иначе. И вся его хваленая маскировка идет коту под хвост: если солдат заметил хоть что-то странное или подозрительное, то на всякий случай пальнет туда, и даже если ему просто показалось — ничего страшного. Зато у охотников нет возможности подобраться к нам.

Конечно, они те еще сволочи, и неохотно атакуют в лоб.

Даже сейчас, когда мы подошли к их гнезду, непосредственно в лоб нас никто не атакует — жуксы делают вид, что пытаются напасть, а на самом деле просто держат оборону, не дают подойти, отвлекают нас. Тем временем их товарищи аккуратно и незаметно (во всяком случае, они так думают) обходят нас с флангов.

Вот только я это предусмотрел — шеренга, которая перла к входу в гнездо, вообще ни на что не отвлекалась — лупила по тварям, перегородившим нам дорогу, и точка.

А вот бойцы, которых я поставил на фланге, за шеренгой, как раз и занимались тем, что отстреливали самых «хитрожопых» — охотникам приходилось обходить нас за сто, а то и за сто пятьдесят метров, чтобы не попасть под огонь «фланговых».

Но даже если им это удавалось — их ждал неприятный сюрприз. Пяток бойцов, держащихся позади, были ориентированы на поиск и отстрел тварей, которые смогли зайти в тыл.

Бойцы чуть отставали от основной группы, практически не стреляли, лишь изредка, когда удавалось засечь охотника, умудрившегося обскакать «фланговых», вскидывали свои пушки и открывали бешеный огонь, которым чуть ли не мгновенно приканчивали везучую тварь.

Шаг за шагом мы подходили все ближе и ближе к гнезду. Ряды противостоящих нам жуксов редели все больше и больше, пока, наконец, у входа не осталось всего несколько охотников, причем часть из них была уже ранена. Больше некому было пытаться нас обойти, ударить в тыл, больше не было у жуксов сил пытаться нас остановить. Они даже не пробовали нас атаковать — шипели и пятились назад, к входу в гнездо, получая раз за разом очередь от наступающих бойцов.

В конце концов, все закончилось. Больше живых охотников на поверхности не осталось.

Теперь предстоял последний и наиболее опасный момент всей операции, которую я «санкционировал» — лезем в гнездо, зачищаем его и ловим стратега или королеву. Ну а если они не дадутся — уничтожаем их к чертовой матери.

Опасность же этого момента заключалась в том, что теоретически мы уничтожили всех защитников — во всяком случае, по моим прикидкам здесь и сейчас подохло охотников приблизительно столько, сколько их отступило от харвестера.

Вот только не исключено, что в гнезде остались еще несколько, и в узких коридорах они представляют немалую опасность. А еще там может быть нечто, что и вовсе не выползало на поверхность, чья задача сидеть в гнезде и защищать его.

Впрочем, что бы там ни сидело, уверен — мы с ним справимся. Кажется, я на своем веку повидал все виды жуксов, которые вообще существуют…

Уже войдя в «нору», начав спускаться вниз, мы встретили всего двух охотников.

Один был какой-то то ли контуженный, то ли совершенно растерялся, встретив нас, но пристрелили мы его раньше, чем он хоть что-то успел сделать.

Со вторым пришлось повозиться — когда мы добрались до перекрестка, в котором сходилось вместе сразу несколько тоннелей, я успел заметить, как тварь метнулась в один из боковых и исчезла.