— Что с эвакуацией? Сколько времени нам надо?

— Около сорока минут! — откликнулся старший команды техников.

— Слишком долго.

— Постараемся уложиться в двадцать, но…

— Делайте…

Теперь предстояло решить, как останавливать прущую на нас лавину людей, ну, или чего-то, на людей лишь похожего…

Тем временем я видел благодаря прямой трансляции с камеры, что люди уже подошли к стенам базы и начали строить эдакую живую пирамиду — лезли друг на друга, намереваясь забраться на стену.

— Г-дин коммандер!

Командиры подразделений ждут моего решения, и оно у меня было.

Муки совести, сомнения отступили. Я либо сейчас страшно ошибаюсь и поплачусь за это, либо… Как бы там ни было, а выбора у меня просто нет. Если эти «существа» перелезут через забор и окажутся на территории базы — начнется кровавый замес, я в этом уверен, эвакуация будет провалена, либо я отдам приказ и бойцы начнут убивать гражданских.

Заражены они, являются ли катехуменами — я этого не знаю наверняка. А вдруг это никакие не катехумены, а просто люди, каким-то образом одурманенные жуксами и брошенные вперед, как пушечное мясо, чтобы прикрыть наступающих жуксов? Может, это просто отвлекающий маневр?

Черт подери, почему я должен решать, что делать⁈

И приказа свыше нет. Торм ведь видит, что происходит. Почему он молчит? Почему не отдает приказ?

И ведь что самое поганое — попытайся я сейчас выйти с ним на связь, получить приказ от него — время уйдет. Я вижу, как быстро люди карабкаются наверх, счет уже идет на секунды…

— Огонь! — самым мрачным и подавленным голосом отдал я команду.

Практически сразу загрохотали очереди, человеческая пирамида под стенами базы рассыпалась на отдельные окровавленные тела, слабо шевелящиеся на земле…

— Коммандер? Что там происходит? — заревел голос Торма в эфире.

— Обеспечиваю выполнение эвакуации, — мертвым голосом заявил я.

— Какого черта…у вас же там гражданские!

— Это юниты противника. Так называемые катехумены, — я говорил уверенно, так как уже увидел, как из части тел убитых гражданских прорываются наружу отвратительные твари, до поры до времени скрывающиеся внутри.

Я испытал огромное облегчение, увидев их, и тогда пришло осознание, что я не ошибся, все сделал правильно. На этой планете нет людей — все они давно захвачены жуксами…

* * *

Эвакуация была закончена. 8-ой флот вывез все, что хотел, мы удержали периметр и эвакуировались. Потери среди бойцов ВКС были минимальными. По большому счету операция была проведена идеально, но начальство мои взгляды совершенно не разделяло.

И именно по этой причине я сейчас стоял навытяжку перед полковником Тормом, сидящим за столом и орущим на меня так, что вот-вот должен был голос сорвать.

— Ты понимаешь, что ты наделал⁈ А если бы это были обычные гражданские? Что тогда?

— Гражданские бы не пошли вместе с жуксами на штурм базы. Я был уверен в своем решении, и…

— Почему не посоветовался со мной?

— Времени было в обрез, нужно было немедленно что-то решать. Замешкайся я, и вся операция провалилась бы. Не говоря о том, что потери среди личного состава…

— Потери? Твоими стараниями жители двух поселений на планете выбиты подчистую! Ты понимаешь это?

— Не жители. Катехумены. Жители давно уничтожены жуксами и…

— Твою мать, Куражев! Ты хоть понимаешь, что с нами будет, если где-то в новостях появится кадры того, что происходило на этой базе?

— Но, г-дин полковник! Это не люди и…

— Это люди! Когда вы начали в них стрелять — это были люди, — перервал меня Торм, — и даже тот факт, что после того, как их расстреляли, из них полезли эти твари, ничего не меняет.