Теоретический экзамен будет тоже непростым. Там и аэродинамика, и устройство самолётов, и навигация. В 2025 году я знал всё это назубок, но сейчас программы другие, техника совсем не та. Нужно сходить в районную библиотеку, там должны быть пособия для авиационных училищ — откалиброваться.

Потому что для меня главное — не перегнуть палку, знания должны соответствовать уровню советского абитуриента шестидесятых, а не опытного пилота из двадцать первого века. Я и так на собеседовании чуть не выдал лишнего, а это может привлечь ненужное внимание со стороны «бдящих» структур. Собственно, они же тоже не просто так бдят.

Продумывая всё это, я не сидел без дела — вынес во двор ковёр, старый, с выцветшим узором, развесил на специальной перекладине и начал выбивать, поднимая тучи пыли. Солнце припекало, хотя сентябрь уже в самом разгаре.

— Серёга! На смену вечером пойдёшь? — раздался за спиной знакомый голос.

Я обернулся. Передо мной стоял дядя Боря. Только не тот вечно поддатый сосед, которого я знал, не с помятой физиономией, не в засаленной тельняшке, а будто другой человек. Выбрит до синевы, рубашка выглажена, волосы аккуратно зачёсаны назад, и от него ощутимо пахло… нет, не перегаром, а именно одеколоном, может, «Шипром» или «Тройным».

— Конечно, пойду, — кивнул я, продолжая выбивать ковёр. — Ты чего такой… — замялся, подбирая слова, — праздничный? Жениться собрался? Ха!

— А? — дядя Боря почесал в затылке, заметно смутившись. — Да-а это самое… Я пить бросил.

— Ого! Серьёзно, дядь Борь?

— Сам ещё не понял, как, — продолжил он, перейдя почти на шепот. — Просто… Понимаешь, ну стыдно вдруг стало. Ты ж стремишься, движешься, вон, куда рвёшься… хотя и мальчишка ещё. А я всё по течению, как щепка. Вроде бы, взрослый, а глянул на тебя — будто себя молодого увидел. Только вот ты не сворачиваешь, а я… ну, ты понял. И что-то внутри вот так р-раз — щелкнуло. Вот и решил, что хватит. Сегодня третий день как не пью, представляешь? Даже сны другие стали. Хм…

Я присвистнул. Сосед и впрямь изменился. Даже взгляд стал его другим, без усталости и красных прожилок в глазах.

— Молодец, дядя Боря. Это здорово! Так держать! — сказал я, подняв большой палец. Потом на секунду задумался — а был ли в это время уже этот жест? Да и ладно, он всё равно меня понял.

— Постараюсь, — пожал он плечами. — Кстати, насчёт вечера… Говорили, вагон с запчастями привезут. Работа непыльная. Да и платить должны хорошо.

— Тогда тем более пойду, — улыбнулся я.

Дядя Боря кивнул и отправился по своим делам, а я снова взялся за ковёр. Мысли вертелись вокруг предстоящих экзаменов. После уборки обязательно загляну в библиотеку — нужно проверить, какие учебники сейчас актуальны по теории полётов, да и не только.

«И заодно нужно узнать расписание лекций в Политехническом, » — вспомнил я объявление в газете. — «Штернфельд может дать полезные советы, а вдруг там и ещё что интересное есть?»

Ковёр, наконец, перестал пылить. Я свернул его и понёс на плече обратно в квартиру. Впереди был насыщенный день: уборка, библиотека, вечерняя смена. А между делом — упорная подготовка к экзаменам.

После уборки я переоделся в чистую рубашку и вышел из дома, направляясь в районную библиотеку имени Крупской. Это было старое двухэтажное здание с высокими окнами, простое и какое-то доброе. На фасаде — вывеска с золотыми буквами, чуть потускневшими от времени.

Стоило войти в помещение, как в нос ударил характерный запах — смесь книжной пыли, дерева стеллажей и типографской краски.