Евгений Капба. Космос.Today III
Глава 1 Обнаруживается хозяин гостиницы
Где-то в глубине представительства Доминиона зазвенел зуммер, ворота цокольного этажа поднялись, из сияющего слепяще-белым светом туннеля вышли командиры экипажей в сопровождении разведчиков. На контрасте с матово-черным геометрическим зданием казалось, будто открылся портал в другое измерение, не меньше. Нефоры держались напряженно, настороже: цепкими взглядами осматривали окрестности, пальцы легионеров лежали на спусковых крючках. После того, что случилось с гостиницей «Космос», такие предосторожности не казались мне лишними. По всему выходило: тут, на Убахобо, да и вообще — в Доминионе, в Легионах происходило что-то еще, не связанное с освобождением миров рефаим от влияния Системы. Просто нас, нижних чинов, если можно так выразиться, держали на информационной диете. «Каждый солдат должен знать СВОЙ маневр!» — именно так, с акцентом на «свой» произносил эту суворовскую фразу легат Верхотуров. Я смотрел пару его интервью для пресс-службы и видео публичных выступлений. Вялотекущая грызня между Легионами с подлянками и подставами для друзей-врагов? Противоборствующие группы внутри Доминиона? Агентурная сесть Системы — что-то вроде терминаторов Т-1000, которые внедряются в общество, чтобы уничтожить изнутри? Какие-то другие, неизвестные нам инопланетяне? Беспредельщики? Террористы? Сектанты? Гадать было бессмысленно. Но после смерти Сомова и пожара в гостинице, к которой вел след — в совпадения я верить отказывался. С другой стороны — легату, Доминиону, галактике и всей Вселенной наплевать было на всё, во что верил или не верил отдельно взятый Тимур Сорока. Не те масштабы. Важные дяди, небось, не лаптем щи хлебают! Что-то там себе соображают, предпринимают меры, держат на контроле и ставят галочки где надо. Славин, который возглавлял процессию, сказал что-то и погрозил пальцем. Под куполом Убахобо шлемы мы не надевали — предпочитали алые легионные береты, так что сути его реплики мы не услышали. Командиры рассмеялись и направились к машинам. Я смотрел на Багателию: он нес в руках матовый черный контейнер кубической формы — точно такой же, как и у остальных. Каждому из пяти экипажей достался совершенно одинаковый на первый взгляд груз. Наниты? Одиссей Хаджаратович, Бошетунмай и Хриплый подошли к нашему «мастодонту», Бляхер открыл створки задней двери медэвака, я мигом распахнул крышку одной из медкапсул. Именно здесь, в высокотехнологичном саркофаге, в полной безопасности, должен был находиться драгоценный контейнер. — Ора, я хочу, чтобы вы понимали, — проговорил Багателия, когда груз закрепили внутри, медкапсулу закрыли наглухо, и все мы собрались внутри медэвака. — Пять контейнеров, совершенно идэнтичных, одинаковых на вид. И на вэс тоже. Но! В каком из них находятся наниты — мы понятия не имеем, швахама? Может быть — в одном. Может быть — в трех. Или во всэх! Это знает только Доминион и командование. Сэйчас мы разделимся, у каждого экипажа — свой маршрут, свое время отбытия из Аньямы. И свои точки, которые прэдстоит посетить. Мы ведь приехали за медикаментами, помните? Мы покивали. Одиссей Хаджаратович быстро глянул на меня и продолжил: — Наша точка — госпиталь. Заберем кое-кого до Драмсарая, у человэка досрочно командировка окончилась. Нэ смотрите так — поместимся! И препараты заберем, пару ящиков. Уасся, опять смо́трите? В мэдкапсулы положим, айей? Вы на броне сюда ехали — нормально было, чего теперь начинаете, мои золотые? На БДК отдохнете! Сорока, в госпиталь пойдем с тобой, остальные — на парковке, за старшего — Падаван. Падаван кивнул. Он, как я понял, тоже имел звание центуриона, просто нефоры в основном плевали на иерархию с высокой колокольни: даже нашивки почти никогда не носили, не светили своими «галочками» на рукавах. |
