Он поставил горшки возле двери, по два с каждой стороны, но внутрь не пошел, а, взглянув на небо, остался стоять, о чем-то размышляя.

В конце концов он нагнулся, поднял горшки и снова занес их в помещение. Джо и Дульси видели, как он исчез в теплой глубине своей лавочки, а затем перевели взгляд в переулок за магазином и облизнулись, думая об импортном лососе или порции теплой густой похлебки.

Некоторые из владельцев магазинов по соседству заявляли, что изысканные подношения Джолли привлекают мышей. Наверняка так оно и было. Но что может быть лучше откормленной живой мыши с кусочком рыбного пирога, бри или камамбера в желудке?

В башенке стало совсем холодно под резкими порывами ветра. Арки, выходившие на все четыре стороны света, создавали тягу, однако отсюда открывался превосходный вид на улицы города. Джо и Дульси могли разглядеть и свои дома. Слева от кошек, за раскидистой кроной дуба проглядывала потрепанная крыша домика Клайда. Это строение отчаянно нуждалось в заботе профессионала, однако что за дело до этого Клайду? Он хлопотал над своими машинами, словно над новорожденными младенцами, готовый удовлетворить малейший их каприз. Но дом – совсем другое дело, Клайд не займется строительными работами, пока не протечет крыша или не провалится пол.

Справа за магазинами и галереями была видна задняя часть дома Вильмы; крутой скат крыши и каменный дымоход едва виднелись из-за холма. Сад перед домом принадлежал Вильме, но холм за домом считался личным владением Дульси. Он был покрыт зарослями густой травы, полной всякой мелкой дичи, и как нельзя лучше подходил для быстрой охоты. На водившихся там мышей и птиц не имела право посягнуть ни одна соседская кошка, если дорожила своей шкурой.

Почти прямо под ними, через проспект, ярким пятном выделялась красная черепичная крыша Автомобильного агентства Бэкуайта и автомастерской Клайда. А дальше, за автосалоном Бэкуайта, среди скопления частных коттеджей стоял белый домик – ветлечебница доктора Фиретти, где сейчас находился Барни. Джо боялся узнать, как его самочувствие: вид старого пса этим утром сильно огорчил его, оставив ощущение, что Барни уже не жилец.

Однако Джо беспокоился не только о Барни, но и о Руби. Если Барни умрет, то и второй пес сляжет. Болезнь старины Барни заставила Джо задуматься о том, как коротка, капризна и непредсказуема жизнь.

За пределами городка к востоку над холмами, среди стальных туч все еще видна была прореха голубого неба, чистый свет падал сквозь нее на холмы, выхватывая каждый куст, каждое дерево или цветник. Дома и улицы, уходящие вверх, были отчетливо видны, словно декорации в лучах софитов. Среди разрозненных домов золотились луга. Несмотря на угрозу дождя, тенистые дворы на холмах отнюдь не пустовали. На Янтарной улице трое ребятишек играли в догонялки, какой-то малыш присел, чтобы покопаться в водосточной канаве, а в этот момент мимо него вниз по улице пронеслась стайка детей на велосипедах.

Некоторое время Дульси и Джо наблюдали за стариком, который подстригал у себя на лужайке траву ручной косилкой как будто современные силовые агрегаты не годились для таких сложных участков. Ветер стал холоднее. Озябшая Дульси приткнулась к Джо.

— Может, эта старая плутовка все-таки объявится? Мы же не могли не заметить ее белую «Тойоту», — сказала Дульси и фыркнула. — Замазанные грязью номера – какой старый дешевый трюк!

— Однако это срабатывает. Во всяком случае, пока. Грязь так засохла, что я даже не мог ее отскрести.

— А тебе не пришло в голову, что она может заметить? Он пожал плечами.

— Ну, заметит. Если она боится кошек, это должно еще больше припугнуть ее.