Первые ярусы занимали ценности и украшения. Золото в сплавах разных систем. Плазменные драгоценности из сердец умирающих звёзд. Странные камни, инкрустированные в зубы исчезнувших видов. Некоторые капитаны прятали эти вещи в самых нелепых тайниках: в обшивке стен, в дренажных трубах, в стальных протезах своих боевых киборгов. Сейчас всё это аккуратно пересчитывалось, взвешивалось и сканировалось. Серг указывал:

– Переоценка по рынку Фаэтона – и в казну. Всё, что можно обменять или вложить – в блок активов корабля.

Он не верил в абстрактное богатство. Все ценности теперь были либо ресурсом, либо частью машины, которая должна служить ему и “Клинку Пустоты”.

Вторая категория – личные трофеи. Здесь подход был уже иным. Некоторые вещи Сергей забирал молча и без объяснений, даже своим дронам. Он брал: Нож Кровобоя – чёрный клинок из моноалмаза с гравировкой “До последней жилы”. Шлем Чёрной Кости – украшенный резьбой, стилизованной под череп. Медальон, принадлежавший убитому штурману с символом дома Аргар. Маску анонимного кибервора, предположительно участвовавшего в резне на станции Га'Ка.

Эти предметы отправлялись в его личную коллекцию, размещённую в узком, темноватом зале, за гермодверью в одной из боковых ниш жилого модуля. Внутри – аккуратные постаменты, каждый с голографической табличкой, описанием, координатами, краткой историей и категорией: “Подчинил”, “Уничтожил”, “Узнал”. Это не была гордость. Это была память. И предупреждение – для него самого.

Потом уже особой категорией шли Артефакты Древних. И Серг весьма осторожно рассматривал маленькие, почти невыразительные предметы:

– стеклянные призмы,

– пластинчатые диски,

– чернильно-чёрные узлы из неизвестного сплава,

– капсулы, содержащие в себе кристаллы, которые меняли цвет от дыхания.

Они были недооценены пиратами. Некоторые – практически “закопаны” в углах трюма. Другие оказались спрятаны под иллюзией обыденности, или были замаскированы под элементы декора или даже оружия. Но нейросеть Серга быстро опознавала структуру на основе архивов Древних. И в таких случаях она говорила:

“Обнаружены активные элементы. Потенциальная ценность: высокая. Назначение: неизвестно. Не рекомендуется использовать до полной расшифровки.”

Серг тут же указывал:

– Все – в хранилище. Усиленный контроль.

Хранилище артефактов находилось внутри модульного кольца, смежного с его жилым блоком. Уровень допуска – “Только хозяин”. Доступ через нейросетевой интерфейс с подтверждением биометрии, верификации нейрополя, ДНК, и даже пульса.

Внутри хранилища располагались температурно-изолированные капсулы. Поля подавления психоактивных колебаний. Защитные грави-контуры на случай попытки активации извне. Каждый предмет помещался в свою ячейку. Каждому присваивалась метка: “Артефакт Древних. Классификация в процессе. Назначение: Х”

И лишь один – странный сферический кристалл, переливавшийся оттенками в ритме пульса Серга, он оставил у себя в комнате, в нише рядом с командной консолью. Всё это Сима никак не комментировала.

Выйдя из отсека сортировки, Серг задержался в шлюзе. Он стоял и смотрел на голографическую диаграмму распределения ресурсов. За его спиной – дроны продолжали раскладывать добро, добытое из тел мёртвых капитанов и их уже сгоревших в плазме кораблей. Теперь всё это принадлежало ему. Как символ победы… Как трофей… И даже как… Возможное проклятие…

Подумав об этом, парень тихо прошептал себе под нос:

– Память дороже золота… Но золото помогает выжить.