Экран погас. И, тяжело выдохнув капитан тяжёлого крейсера вновь отправился на мостик. Его младшие офицеры вновь заняли посты. И корабль продолжал патруль. Но отныне в их бортовом журнале была особая метка. Им больше не нужно было принимать решения – за них решали в другом месте. Где умеют смотреть вглубь. И знают, что иногда, если тень слишком глубока – в неё лучше не лезть.

……….

В глубинах Доминарии, головного центра Теневого отдела Ордена Воссоединения Республики Нубар, не звенели тревоги. Здесь об опасности не кричали. Их впитывали в себя без всплесков, как яд в крови профессионального отравителя.

Сигнал с тяжёлого крейсера Пограничной службы пришёл по скрытому каналу, обрамлённый кодом двойной приоритетности. Сообщения с таким уровнем приоритета поступали редко. Ещё реже – без сопровождения аналитических пакетов с десятками страниц отчётов и рекомендаций. Но здесь… Пустота. Только короткая цепочка фактов. Только одно имя.

СЕРГ… Корабль неизвестного происхождения. Классификация – тяжёлый или сверхтяжёлый линкор. Имеется некоторое визуальное сходство с промышленным дизайном Республики. Степень автоматизации – аномально высокая. Сенсорная непроницаемость – полная. Поведение – вежливое, уверенное, подчёркнуто законопослушное. Миссия – торговая. Спутник – гражданин Республики, утверждающий, что был освобождён из рабства.

Быстро собранная комиссия тайной службы Ордена, что также являлась и тайной службой Республики, внимательно и самым подробным образом пыталась изучить полученные с границы данные. Архивариус службы – изогнутый, сухой разумный с мозаичной кожей и чёрными зрачками, уходящими в глубину – активировал единственный связанный с этим именем досье. Информация пришла с Нейтральной станции “Глыба”. Но эти сведения были обидно, и даже раздражающе скудными. Несколько скупых фраз от оперативника, прикреплённого к коммерческому сектору станции. Упоминание о самовольной казни пиратских капитанов. Странное поведение нескольких наёмников, которых, по всей видимости, “нейтрализовали” и даже вынудили сменить хозяев. А также предположение о наличии у субъекта доступа к передовым технологиям. Никакой визуальной или аурной записи. Никаких подробностей о происхождении как самого корабля, так и его хозяина. Ни одной официальной идентификации – ни с Гильдий, ни с внешних союзов. Один из кураторов сектора, пожилой тактик с багровой татуировкой Тени на шее, всё же прервал затянувшееся молчание:

– Или он призрак какой-нибудь древней секретной программы… – тихо проговорил он. – Или он агент. Но не наш.

– Если он агент, то чей? – Тут же встряхнувшись, спросила сидевшая по соседству аналитик.

– Не суть важно. Главное – не наш. – тут ответил куратор. – А значит, он может быть угрозой.

– У нас нет ни одного подтверждённого нарушения с его стороны, – спокойно заметил третий, уставший стратег с синими линзами вместо глаз. – С юридической точки зрения – он не представляет угрозы. Он даже сам пригласил патруль досмотреть корабль. Открыл ангар. Провёл их через защищённые зоны. И в его действиях нет ничего, за что можно зацепиться.

– А это как раз и пугает, – процедил архивариус. – Он не скрывает свою силу. Он даёт её увидеть. Ровно столько, сколько нужно. Чтобы мы задумались. Чтобы не вмешивались. Чтобы боялись ошибиться. Это не уровень обычного охотника. Это стиль спецслужбы. Очень серьёзной и имеющей большие ресурсы и возможности.

После этих слов все снова задумались, и возникла неловкая пауза. Затем куратор заговорил вновь:

– Пусть наблюдение остаётся пассивным.